Сев в постели, нашла позитив в том, что в комнате теперь есть яркие краски: помимо парочки рисунков, которые я приколола к стене кнопкой, у меня теперь есть яркий плед на кровати, новое постельное белье приятного лавандового цвета и, конечно же, удобная одежда для всякой домашней работы.

Похоже, Пётр решил надо мной сжалиться и уже два дня не выпускает меня из дома, оставляя на домашнем хозяйстве. Правда, готовить он мне так и не разрешил. Просто звонит во время своего обеденного перерыва и говорит, что нужно разморозить к ужину или почистить.

Вчера я решила проявить инициативу и приготовила ему освежающий смузи из огурца и киви. Со словами «кошачья блёвань» и «стакан соплей» блюдо дня было безжалостно вылито в раковину.

Только после ванной комнаты и умывания лица холодной водой я спустилась вниз. Непередаваемый кайф, как я теперь поняла для себя, - спуститься утром на первый этаж, почувствовать прохладу свежего летнего воздуха, витающего по дому от открытой двери к окну, и вместе с тем запах только что испеченного хлеба, который Пётр укладывал на белоснежные вафельные полотенца.

Для меня все эти мелочи уже стали магией утра. Казалось, я уже не помнила те дни, когда балдела от запаха яичницы и свежесваренного кофе.

Заметив моё приближение, Пётр уже привычно скользнул взглядом по моей фигуре, слегка зацепившись за края коротких шортов и тонкие бретельки майки.

- И что ты такая блаженная с утра? – вопросил он, хотя при этом, даже на лицо моё ни разу не взглянул ещё.

- Пытаюсь найти положительные стороны в том, что не выспалась. Десятый день недосыпа – мой личный рекорд, - я привычно отщипнула хрустящую корку от хлеба и попрыгала на месте, стараясь остудить обожженные пальцы.

Пётр заметил мои конвульсии и, резко отведя взгляд в сторону, нахмурился:

- Пора бы уже привыкнуть за десять дней, что подъём у нас ранний. Отбой, кстати, тоже.

- Всё равно тяжело, - вздохнула я и заняла своё место на стуле напротив Петра, который теперь отвернулся к кухонному гарнитуру и что-то там колдовал, пока я залипала на движении мышц под загорелой кожей его спины. – А можно мне сегодня в конюшни?

- «Эти» дни кончились, что ли?

Сегодня последний день, но это не его ума дело.

- Просто хочу. Я, всё равно, весь ваш огород прополола, в доме чисто… И мне скучно здесь.

- А в городе прям веселуха? – дёрнул Пётр нервно плечами. Даже не видя его лица, только спину, я понимала, что разозлился.

Что я не так сказала?

- Ну, в городе, хотя бы, можно пойти в кино, в кафе или просто прогуляться по парку с подружками… и охраной. А здесь я даже не знаю, куда идти, кроме леса, в который бегает делать свои дела Найда и теперь ещё Беляш. Кстати, спасибо вам за маленькое окно в калитке для него. Это очень мило с вашей стороны.