Странно, подкрадывался, что ли? Мало того что влез в окно, так еще и спрыгнул со второго этажа в хрустящий мусор даже не нашумев. Или это она настолько погрузилась в ритуал…

— Черт! — Анет, наконец, разглядела, чем тот занят, и поняла: ритуал ни при чем. Мальчишка спокойно, словно ничего не случилось, убирал нож обратно за голенище появившихся у него сапог. — Ты… Ты чего?

— Думал, ты его убила, — в глаза ей он не смотрел. — И собирался тебя тоже.

— Ага, — она словно наваждение сбросила и опять обрела привычное равновесие. — Мститель, значит. Карающий, можно сказать, меч Фемиды…

— Ведьма!

— Сам дурак!

Янир, над которым они друг на друга шипели на манер двух змеюк, вдруг хлюпнул носом, не просыпаясь одарил их какой-то детской, совершенно беззащитной улыбкой и… перевернулся-таки на бок.

— Черт, да прикрой же его чем-нибудь!

Вопила Анет шепотом, но явно от души и доходчиво. Парнишка заполошно пометался по комнате и тоже шепотом вякнув: «Я сейчас», подпрыгнул и каким-то чудом втянулся в дыру на второй этаж.

А она так и осталась стоять над целителем, теперь в одиночестве. И нет, не собиралась она смотреть на спящего! Вообще не собиралась. Но уже пару раз поймала себя на том, что приходится отводить от него взгляд.

— Вот! — Тибо сверзился сверху, в спешке едва не навернувшись, но притащив еще одну занавеску.

— Ну так прикрывай, чего стоишь?

Парень кивнул, осторожно укутал наставника и с умилением полюбовался, как тот возится, устраивая поудобнее и натягивая пыльный бархат до самого носа. А потом развернулся к Анет и… плюхнулся перед ней на колени.

— Какого?.. — попыталась отскочить та, но не успела — была ловко схвачена за лодыжки, отчего едва не загремела на пол.

— Ведьма, прости! — он шептал это, задрав к ней лицо, побелевшими губами, которые дрожали так, словно парень вот-вот заплачет. — За то, что убить хотел. Не надо мне мстить — не отбирай меня у него! Я знаю, ты можешь, я тебе обещание дал, но не делай этого, ладно?

— Встань! — в себя Анет пришла еще стремительнее, чем растерялась. — Встань, кому сказала, манипулятор чертов!

— Матерись как хочешь, но…

— Тьфу на тебя, — не выдержала она такого издевательства над здравым смыслом, — а ну поднимайся, неуч, пока я чего похуже не придумала!

— Так не заберешь? — вставая, он все равно не сводил с нее глаз.

— Нах… Зачем мне такая радость? Засыпать я и сама умею. И он, кстати, теперь тоже.

Почему-то последнюю фразу Тибс счел за дурной знак и опять насупился:

— Если потребуешь уйти к тебе — я нарушу обещание, так и знай. И плевать, что оно на крови! Все равно лучше сдохнуть, чем к темным.