Талион кивнул, отступая на шаг.

Эстель жестом указала им на кресла. Когда они удобно устроились, она кратко рассказала Финарфину и Талиону о том, как они с Бенедиктом провели год в землях Сумеречных эльфов.

— Надеюсь, мой брат не ударил в грязь лицом и хорошо о тебе заботился? — строго спросил Талион, когда Эстель закончила.

— Бенедикт делал все, что в его силах, — Эстель попыталась убедить Талиона в том, что все было на высшем уровне.

— Я уверен, что так оно и было, — попытался охладить пыл Талиона Финарфин, но Талион бросил на него суровый взгляд.

— И почему ты всегда в нем сомневаешься? — рявкнул Финарфин, и его брови сошлись на переносице.

— У него мое лицо, и я волнуюсь о том, чтобы Бен не испортил впечатление обо мне.

Эстель улыбнулась. Она не поняла, сказал ли это Талион всерьез или нет.

— И что теперь? Какой план? У нас ведь есть план? — затораторил Фин. — Меня постоянно оставляют в стороне и ни во что не посвящают.

Эстель пожала плечами.

— По правде говоря, никакого плана пока нет. Я хочу спасти маму, Гвил… И я до сих пор не закрыла проходы на Тельту потому, что я сомневаюсь в правильности этого. Поэтому и плана до сих пор нет. Мне просто ничего не идет в голову. Роршарх написал нам, что обменяет маму и Гвил на Ветер Вечности. А я спрятала его в Сумеречных землях, чтобы избежать соблазна отдать его ему. Ох, — Эстель прикрыла рот рукой.

— Что? — обеспокоенно спросил Талион.

— Роршарх написал, что обменяет маму на Ветер, но там не было ни слова о Гвил.

Талион помрачнел. Финарфин встал с кресла.

— Мне кажется, я знаю с чего начать. Подождите меня здесь пару минут.

— Надеюсь это не какая-нибудь ерунда. Иначе я заставлю тебя съесть тарелку овсянки, — подняв одну бровь, сказал Финну Талион.

Тот в ответ только отмахнулся.

Талион фыркнул.

Не успел Фин умчаться из гостиной, как на пороге появился Бен. Удивительно, как они только не столкнулись.

Финарфин окликнул его, убегая:

— Привет! Я рад, что тебя не взяла в плен гномья армия!

— О нет, Фин, не начинай! — застонал Талион.

Финарфин шикнул и исчез во тьме коридора.

Талион тут же взял Бенедикта в захват и принялся тереть ему по макушке кулаком.

— Я всегда знал, что слабоумие и отвага — твои главные черты, но ты превзошел себя! — закричал Талион на Бенедикта. — Как тебе вообще в голову пришло спрятаться в Сумеречных землях?

Скинув Талиона с себя, Бен пригладил рукой свои растрепанные волосы.

— Разочарую тебя: это не я, а Нить Ариадны и Сердце Феникса.

Талион потер виски.

Финарфин вернулся обратно, и торопливо «дал пять» Бенедикту, что было нетипично для двух эльфов, но они действовали синхронно, словно сговорились, словно бы для них и не прошел целый год.