Глава 19
В прошлый раз, после того, как Улрой столкнул их в разлом, Эстель потеряла сознание и не имела возможности ни запомнить дорогу, ни рассмотреть то, что встречалось им по пути. В этот раз она пообещала себе, что такого не произойдет.
Они с Беном летели на Антуриасе впереди всех. Именно Антуриас должен был активировать унакитовый разлом. Эстель хотелось как можно скорее попробовать полетать на Иридии, но, как известно, темные пеги не переносят пегасов. Мортимер обратился в пустельгу, а Сильверен взял с собой Латону.
Правда, перед тем, как они начали готовить Антуриаса к полету, когда Бенедикт вывел его из загона, произошло нечто любопытное: Антуриас подошел к стойлам пегасов, а, если быть точнее, к деннику Иридии, и, обнюхал ее. Иридия, кажется, ни капли не испугалась его. Ее уши были направлены вперед, а не прижаты к голове. А затем она и вовсе обнюхала его в ответ. Однако Сильверен предупредил Эстель, что им не стоит делать из этого преждевременных выводов.
Сейчас погода была намного приветливее и теплее, чем в те первые разы, когда они оказались здесь. Но "А-ю-ю!" донесшееся до ее слуха, служило мгновенным предупреждением о том, что еще чуть-чуть, и они окажутся на территории врага, где никакой теплый ветерок не может стать поводом для расслабления.
Эльфы опустились на землю — чуть дальше начиналась бесполетная зона. Спустя некоторое время вдали появились знакомые деревянные постройки лагеря, но Бенедикт старался вести их так, чтобы не приближаться к ним слишком близко и не бередить душу Тель.
Сквозь разлом они прошли быстро, и сразу же оказались в совершенно другом лесу. Птицы здесь не пели, а деревья, похожие на березы, но на самом деле, ими не являющиеся, так и остались голыми. Хотя, судить о том, какое сейчас время года на Тельте, Эстель не бралась. Обычно сезоны на Земле и Аркольне совпадали, но здесь?
Вместе с первыми блочными пятиэтажками появились и гвардейцы Роршарха. Они сопровождали их на отдалении вплоть до здания, похожего на заброшенную больницу, а потом дали возможность абсолютно беспрепятственно войти внутрь.
Роршарх ждал их в центре тронного зала, но в этот раз он и не думал садиться в мягкое кресло, которое стояло позади него. За его золотыми крыльями дорого смотрящейся драпировкой спускался к полу темный плащ. По обе стороны от него, стояли Айлинель и Гвилвилет. Их руки были закованы в сияющие хрустальные оковы. Королева держала голову высоко, тем самым показывая, что Роршарху не удалось сломить ее дух, и не стоит ради нее идти этому тирану на уступки. Гвилвилет метала на короля темных эльфов яростные взгляды. Они старались ни чем не выдавать радость от их появления.