— Мои собственные попытки стабилизировать временные потоки вокруг них тоже провалились, подтвердил Мортимер, его взгляд был направлен на проекцию. — Эти Хронолиты являются якорями самого хаоса. Это открытые раны на временной ткани мироздания, которые постоянно гноятся, поглощая и искажая все вокруг.

— Перо Пламени, по понятным причинам, мы попробовать на этих Хронолитах не можем, но что насчет Чаши Превращений? — спросил Бенедикт, предчувствуя, к чему ведут остальные.

— Мы не можем рисковать артефактами, — заметил Мортимер. — Что если Хронолит окажется сильнее, и обратит Чашу в пыль?

— Ваше Высочество, принцесса Эстель, мы оказались в безвыходном положении. Наши королевства медленно, но верно, растворяются в небытии. Города исчезают, эльфы тают, словно утренний туман. Наша история, наше будущее... Все это поглощается... Каюсь, я слышала ваш разговор с отцом, о ваших силах, полученных от Богини, — королева Изабелла посмотрела на короля Мортимера.

— Вы думаете, что в возникновении Хронолитов замешана Морская волна? — голос Бенедикта был полон неприкрытого раздражения.

Король Халатир сухо кивнул Бену.

В зале повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием магического проектора. Ее нарушил Мортимер.

— Мы пришли к единственному возможному выводу... Есть только один путь. Эти Хронолиты сопротивляются огню, потому что они поглощают чистую энергию. Они сопротивляются магии времени, потому что сами являют собой искаженную магию времени. Но, возможно, они не смогут противостоять силе, которая понимает обе стихии, которая может использовать одну, чтобы идеально противодействовать другой, которая способна найти ту единственную, мимолетную точку уязвимости.

Эстель почувствовала, как ее сердце пропустило удар. Холодный узел страха завязался в животе. Она знала, к чему клонит ее отец, хотя слова еще не были произнесены полностью. Она была слиянием двух разрозненных, но дополняющих друг друга магий. Шепот огня в ее венах, и медленный, ритмичный пульс времени в ее душе.

Бенедикт сжал ее руку, предлагая молчаливую поддержку. Она встретилась с ним взглядом, и увидела, что страх в нем сменился непоколебимой верой. Он уже верил в нее, несмотря ни на что. Вопреки всему.

Мортимер продолжил:

— Только маг, способный стабилизировать временное искажение, делая Тени на мгновение телесными, прежде чем поразить их очищающим пламенем... способен их уничтожить. Только маг, способный перегрузить временную регенерацию Хронолита или заморозить его парадоксальное ядро, а затем нанести точный удар разрушительного огня в его сердце может надеяться положить этому конец. И это, моя дочь, — закончил он, и его глаза встретились с ее, — это можешь сделать только ты. Мы не можем отправиться за Ветром тогда, когда наши королевства рискуют быть стертыми с карты Аркольна быстрее, чем мы его принесем Роршарху.