— В дом, быстро, — тем же непререкаемым тоном велел отец и кивнул на широкие двери особняка.

— Я тебе сопляк малолетний что ли, чтобы так меня шпынять? — огрызнулся тот, поднимаясь по ступеням.

— Именно, — в голосе отца зазвенела сталь.

Он вошел вслед за сыном и гулко захлопнул тяжеленную дверь так, что эхо раскатилось по особняку. Слуги, хлопотавшие с тряпками вокруг картин и статуй, глянули на главу рода — и, уловив настрой, быстро ретировались.

— Слушай, я понимаю, что сплоховал, — Егор обернулся к отцу. — Но черт возьми, мы должны ему помочь! Ты же сам говорил, что Вайнеры — люди чести! Он мой друг, жизнь мне спас!

— И что с того? — холодно бросил он.

Тяжёлый, как стальная плита, взгляд Петра Кирсанова пригвождал к месту. На сухом костистом лице играли желваки, брови гневно изогнулись, и черт возьми, это не сулило ничего хорошего.

Только Егор уже решил, что не отступит. Кулаки рефлекторно стиснулись, отдаваясь жжением в расцарапанных ладонях.

— Ты не понимаешь, во что ввязался, сын? — холодно бросил тот. — Друг или нет, за ним пришли императорские опричники! Это тебе не шутки, и не война, где всякое спишут. Ты знаешь историю с его отцом.

— Именно! — выпалил Егор. — И поэтому…

— И поэтому ты должен быть вдвойне осторожным, — перебил отец. — Откуда тебе знать, что он не предал Империю?

— Потому что я его знаю, в отличие от тебя!

— Знает он! — впервые Пётр Кирсанов повысил голос, его брови гневно взметнулись. — Год назад ты не подозревал о его существовании, нашелся мне знаток!

— Мы вместе воевали! Учились! Черт, да я ему чуть рожу не набил, и все равно мы потом подружились! Я не могу вот так просто бросить его с сестрой!

— Вайнер тебя использовал, а ты даже не заметил, — хмыкнул Пётр. — Не будь дураком, Егор!

— А ты не будь трусом! — огрызнулся он, распаляясь еще больше. В ушах застучала прилившая от гнева кровь. — Какая разница, опричники или нет? Мы должны ему помочь! Разве ты не можешь задействовать свои связи, подключить юристов, чтобы они вытащили Вайнера?

— Разница? Разница в том, что ты тянешь весь наш род в игру на порядок сложнее, чем ты можешь представить, — глава рода стиснул кулак, и в его взгляде мелькнула злая искра. — После свадьбы с Лендой Вайнер стал претендентом на престол, Егор. Он бросил в лицо императору перчатку! А властью, сын, никто не делится просто так. Его прожуют и выплюнут, не заметив, а ты тянешь всех нас в эту мясорубку, причем на стороне заведомо проигравшей! Тут никакие связи не помогут!

Егор горько усмехнулся.

— Ну конечно. Поверить не могу, что когда-то именно ты говорил мне между дракой и бесчестьем выбирать драку! Хотя откуда тебе знать о чести? Ты даже мать предал, когда был нужен ей сильнее всего! Слабак и!..