— Вот дерьмо…

— Да блин, Кирсанов, ты всю свадьбу мне настроение портил, а теперь решил и по альвафону доставать? — раздался недовольный голос Софьи из альвафона. — Кстати, я до Есени дозвониться не могу… ты же отвёз её, как обещал?

— Здорово, староста, — он ухмыльнулся и тут же зашипел от боли. — Да тут кое-что случилось…

— Рассказывай.

Егор вкратце описал всё, что приключилось с ним в имении Вайнера и после, пока его не забрал отец. Софья внимательно слушала, порой уточняя что-нибудь, и к концу рассказа издала протяжное многозначительное «хмм».

— Такие дела, Аксеньева, — хмыкнул он и, смочив полотенце, принялся вытирать исцарапанное, грязное лицо. — На помощь бати можно не рассчитывать.

— Оно и понятно, — вздохнула девушка. — На его месте я бы тебя тоже послала. Но ты все равно хочешь вытащить Ярика?

— Само собой, — фыркнул он. — Даже если пойду в одиночку. Ну… или вдвоём.

Он с надеждой посмотрел на экран с горящей фотографией Софьи. Сердце в груди заколотилось быстрее. Он ждал её ответа, но девушка не торопилась.

Она молчала минуту. И вторую.

— Софья? — не выдержав, спросил он.

— Втроём, — наконец, донеслось из трубки.

— Втроём?

— Ну да. Руи тоже идёт с нами. Я спросила, и она сразу же согласилась.

— Да блин…

— Чего? — недовольно заворчала девушка. — Кирсанов, ты там себе выдумал, что со мной на свидание собрался, или всерьёз решил Славу спасать? Вдвоём мы ничего не сделаем, тут даже троих будет мало! Нам нужны помощники, хоть кто-то, кто думает головой, а не каменными своими кулаками! А против опричников…

— Да знаю я! — перебил он. — И вообще, такие вещи лучше обсуждать лично.

— Тогда жду тебя через два часа в кафе, адрес скину. Точнее, вас, — из трубки раздался тихий скрип карандаша, будто Софья что-то писала на бумаге. — Если Славе удалось сбежать, он наверняка сейчас скрывается. Нам нужен кто-то, кто хорошо знает его. И я знаю, кто нам поможет.

* * *

За окном сверкали огни ночной столицы. Хошино подошла к окну и, открыв пальцем зашипевшую банку пива, сделала несколько глотков.

Внизу, под окном, виднелся тихий дворик, окруженный корпусами роскошных многоэтажек элитного района. Если приглядеться, в просвете между домами виднелась одна из башен Красной Площади.

Со вздохом она отошла от окна и, запнувшись по пути о гантелю, спрятавшуюся в темноте под мятой майкой, села на диван. Скользнула взглядом по расстеленному, мятому футону со своей родины, по горам скопившегося мусора, и остановила взгляд на темной рамке с фотографией в шкафу.

Даже с выключенным светом она чувствовала взгляды тех, кто смотрит на неё с этой фотографии. Большинства из них уже нет в живых.