Листаю альбом. Фонарик на телефоне выхватывает кадр за кадром. Вот мама. Молодая, красивая, с конвертом на руках. За ней – дверь роддома.

Вот с ложки кормит пюрешкой ребенка – маленького, годовалого, лысого. Это я, да. Сижу за детским столиком. Чумазый, круглолицый. Кто интересно нас фотографировал? Явно мыльницей какой–то. Фотки некачественные.

Вот тетя Наташа с мамой в обнимку. Похожи, только мама худенькая, а тетя всегда отличалась пышными формами.

А вот я старше. По возрасту ближе к Матвею. Не могу понять похож или нет. Встаю с пола, иду с альбомом в детскую, сажусь перед кроваткой.

Под разным углом смотрю на фотки и на спящего ребенка.

– Фиг так поймешь, да, Матвей? Вроде похож, а вроде и нет. Как там стрекоза говорила – орем мы с тобой одинаково? Ну хоть в чем–то схожесть есть…

– Но ты, Матвей, должен знать… Я тебя в детский дом не отдам. И бабушке не отдам, а матери тем более. Мы с тобой теперь вместе, семья. Привыкай. А папой я научусь быть, обещаю.

Спит малыш спокойным безмятежным сном. Не слышит мои излияния. Может и к лучшему, пусть еще пообвыкнется. Те фотографии, что забрал из бывшего дома сына, тоже кладу в альбом.

– Купим тебе отдельный, туда сложим вместе с новыми. Будет у тебя память.

Пальцы тянутся к белобрысой макушке. Отдергиваю в последний момент. Разбужу еще.

– Ладно, Матюха, спокойной ночи.

На цыпочках выхожу из детской, прикрываю дверь.

А теперь наведаемся к другой малявке.

Постучать? Я же играю в "пьяного". Пусть списывает на состояние. Если что – уйду в несознанку, типа не помню.

Распахиваю широко дверь. Для правдоподобности пошатываюсь вместе с ней.

Всматриваюсь в темноту.

Шторы задернуты, но тусклый ночник освещает плавные женские формы, скрытые одеялом. Не шевелится. Не верю, что не слышала, как хлопнула входная дверь.

Притаилась. Делает вид, что спит. Дурочка мелкая. Чем больше ты притворяешься, тем больше мой внутренний зверь рычит и хочет присвоить тебя себе.

Шатаясь, приближаюсь к ее кровати. Черные волосы рассыпаны по подушке. Одеяло до ушей натянуто.

Громко посопев, обхожу ее кровать с другой стороны и падаю рядом в одежде, поверх ее одеяла. Разворачиваюсь лицом к Насте.

Не шевелится.

Одним движением притягиваю к себе девчонку вместе с одеялом.

– Вы что творите?! – верещит тихо.

Извивается, но я держу крепко. Хорошо, что руки у нее под одеялом, а то прилетело бы мне сейчас.

– Тс–с–с. Спи. Не бойся, не трону, – шепчу, прижимаясь губами к волосам, от запаха которых пьянею по-настоящему.

Затихает. Чувствую, как колотится ее сердечко. Или это мое?