— Нигде, дядя Вадим. Мама говорила, что она умерла.

Я мысленно крякнул. Как так? Только начинаешь разматывать ниточку, как происходит обрыв.

— Умерла? Ты уверена, Олеся?

— Нет, конечно, ни в чём я не уверена, дядя Вадим. Но мама сказала, что умерла, — тщательно подбирая слова, ответила девушка. — Мы, когда смотрели этот альбом, спрашивали её, но она в основном ничего нам и не поясняла. А вот про эту фотку мама очень расстраивалась. Говорит, что не любит про это вспоминать. Она тогда сказала: «Это моя лучшая подруга, Вивьен. Её больше нет, она погибла много лет назад. Не спрашивай меня больше об этом, это неприятный разговор». И альбом забрала, а ещё несправедливо поругала за уроки, хотя я всё правильно тогда сделала, даже пять потом получила.

— Погибла, значит… — протянул я, глядя на экран, на котором была Ирина, живущая сейчас у бабы Маши, не погибшая и вообще — живее всех живых. — А как погибла, где, почему? Детали были?

— Нет. Говорю же, мама ничего не рассказала. И вообще, у мамы не такой характер, что можно было бы права качать. Вот у Милки с моего класса мама добрая, телефон ей новый покупает, не орёт, не грозит утопить за плохие оценки, позволяет вечером гулять. А мы тут как в рабстве!

Меня мало взволновали эти подростковые претензии внутри парадигмы мать-кикимора и дочь-кикимора, но я понял, что иных деталей от дочерей не добьюсь и убрал телефон в карман.

Вообще, если убрать лирику и стенания, то история получается по меньшей мере странная.

Мёртвая подруга с именем голливудской дивы, найденная в поле с амнезией и ногами как у младенца. И Тамара, которая хранила этот секрет в пыльном альбоме, а теперь взяла и исчезла сама.

А точно она, то есть Вивьен/Вилена — живая? Теоретически дядя Давлет её проверял, да и Василиса тоже… И всё же надо бы перестраховаться?

— Спасибо, Олеся, спасибо, девочки, — сказал я, поворачиваясь к двери. — Вы мне очень помогли.

— Дядя Вадим, — окликнула Олеся меня в спину. Голос у неё дрогнул. — Вы уж найдите маму. Мы будем учиться, хорошо себя вести и всё, что она скажет, всё сделаем. Только верните маму, нам никакие деньги не нужны и старый телефон очень даже ничего.

— Я разберусь, — пообещал я, выходя на крыльцо. — Сделаю всё человеческое и не-человеческое.

На улице снова начинался дождь. Вивьен. Вилена. Имена на «В».

Странная история.

Двоедушники очень сильно отличаются природой. Анимаги, ветряники, оборотни, ведьмы, домовые, дворовые, лешие… И это только те, кто укладывается в определённые каноны.

Всех нас объединяла инстинктивная нелюбовь к мертвякам, к упырям, к существам, которые не должны были ходить по земле. Потому что все двоедушники могут спокойно сосуществовать между собой и с людьми, а упыри — нет, они должны постоянно убивать и поглощать живых, чтобы продлить своё существование.