— Рассматриваются, а что, есть что рассмотреть?

— Да, есть одна работа по твоему профилю. А конкретно… Если пальцы всё помнят, я про гитару, то есть одно предложение, синхронизированное с культурой и творчеством.

— Абстрактное рассуждение, Вадим.

— Нет, не абстрактное, я предлагаю тебе работу художественного руководителя при музыкальном коллективе. Сделать из одних ребят новый «Битлз». Знаешь Виктора и его компанию?

— Знаю, как не знать? — он смотрел на меня, как на сумасшедшего и явно не ожидал такого карьерного предложения.

— Что скажешь?

— Да ну тебя, Вадим. Это ж сколько сил надо… Да я ж разучился уже…

— Слабо, да? — я поднял бровь, чувствуя, что в дядя Толе мне удалось разжечь огонёк азарта.

— Кому, мне? — нахмурился он.

— Тебе, дядя Толя. Слабо тебе тряхнуть старыми костями? Поехали со мной в райцентр, купим нормальные инструменты? Дашь молодым почувствовать, что такое настоящая музыка или будешь жалеть себя, плавая в печальных воспоминаниях, как рыба-луна, самая глупая рыба в мире?

Его взгляд заметался, но в нём уже появился весёлый огонёк азартного человека. Борьба лени и желания окунуться в приключения.

— Ну… съездить-то можно… А там посмотрим, — неопределённо ответил Дядя Толя.

— Отлично.

Поездка в райцентр для многих колдухинцев целая история и само по себе развлечение.

Дядя Толя трясся в машине, улыбаясь как дембель после ухода с территории части, смотрел по сторонам, шумно вдыхал воздух, щурился, глядя на горизонт.

Музыкальный магазин «Авангард», как творческий оазис посреди индустриальной пустыни. Блеск гитар, барабанов, синтезаторов… инструменты стояли как девки на выданье, обещая веселье, музыку, искру и грохот.

Вот она, настоящая жизнь.

Я заставил дядю Толю выбирать как эксперта и он очень скоро вошёл во вкус. Мы купили пару хороших гитар, комбик, даже ударную установку (не самую дорогую), но вполне рабочую, синтезатор и по мелочи.

Пока он выбирал, я зашёл в соседний магазин и приобрёл себе балахон «смерти». Такой, хэллоуинский, с капюшоном. До Хэллоина было далеко, но мне он нужен был не для веселья.

Обратно ехали уже с новыми инструментами, которые вызывали у дяди Толи оживление, словно они были магическими.

По дороге он распаковал гитару, осторожно перебирал струны, что-то мурлыкал себе под нос.

— Ну что, дядя Толя, — сказал я, когда мы уже подъезжали к въезду в Колдухин, — научишь Виктора на гитаре играть? А то он у нас говорит… ну, вроде, «у меня нет талантов».

— А если у него нет талантов, то что я сделаю?

— Я тебя умоляю. Кто ему говорил про таланты, учитель музыки? А если у него есть таланты, но не хватает самоуверенности, мотивации внутренней, огня? А ты возьми и разожги, пробуди. Давай спор! — предложил я.