Картина, которую я увидел, в стиле библейского исхода, выполненного в миниатюре, меня немало порадовала.

От АБК уезжали сектанты. Они в спешке грузились в свои машины, и уезжали, не прощаясь ни с местом, ни друг с другом.

Я стоял, пил кофе и смотрел, как исчезают со страниц колдухинской истории не только странные люди, но и их сумки, их оскорблённые взгляды, набитые чем попало баулы, пакеты, а кто-то ухитрился даже навьючить на свой миникупер диван, прихватить верёвкой через окна и поспешить за руль.

Сектанты в массе своей оказались людьми не бедными, во дворе АБК у них стоял целый парк личного транспорта.

Сейчас они уезжали.

— Бывайте, астронавты! — я помахал им рукой, даже зная, что они меня не видят и не слышат. Главное, что у меня было хорошее настроение и я смог добиться желаемого.

Иногда тебе нужно, чтобы кто-то из твоей жизни свалил и сразу же, как по мановению волшебной палочки, настроение лучше. И проблем житейских вроде бы поменьше, и солнце светит ласковей, и небо над головой красивее и голубее.

Не то чтобы я радовался победе добра над злом. В нашем деле добро и зло часто меняются местами, как карты в руках игроков. Но вот будущему Колдухина эти люди вместе со своими странными идеями определённо мешали. Зато теперь образовалась удобная пустота, прекрасное место для хороших и добрых дел.

Не последним в этой ситуации был тот факт, что никаких юридических оснований торчать в моём АБК у них не было, договор расторгнут. Я даже отвозил в МФЦ, в райцентр, нужное заявление, составленное юристами из конторки, которая сидела тут же, рядом с районным МФЦ.

Большая часть сектантов это понимала и уехала, не дожидаясь моего шоу. Для остальных понадобилось лёгкое психологическое насилие.

Я допил свой кофе, оделся и выдвинулся на работу.

Баба Маша вручила мне порцию на сегодня, всего-то четыре письма и десяток квитанций, плюс одиннадцать газет, и я развёз это быстро и без приключений.

Люди получали свои послания и счета, и в разговорах пересказывали мне одно и то же. Мол, ночью опять выли волки и лучше бы Павел Семёнович был охотник, а не рыбак. Ведь тогда главу администрации можно было бы выдвинуть на войну со злыми тварями.

Закончив с почтой, я направился к Василисе, в опорник.

В опорнике пахло чаем с чабрецом и сигаретным дымом, причём последним явно не от Василисы.

Напротив Василисы сидел Юрий, который при моём появлении сразу же скользнул подозрительным взглядом, но тут же обаятельно улыбнулся. После чего вернулся к общению с помощницей участковой.

Я помахал конвертом, сделал вид, что якобы принёс почту. На самом-то деле это был невостребованный конверт для библиотеки, который я завезу в администрацию и намного позже, но Юрий этого рассмотреть не мог.