— И как учёба, Руслан?

Руслан добил последние скобы на обшивке и опустился на диван.

— Из технаря меня выгнали, потому что преподаватели придирались, ругали, что мало хожу на лекции, ну и из-за того, что однажды мы за теплицей с приятелем курили. Причём это был не совсем табак. После учёбы работать никто не взял, везде нужен блат и все морду воротят, особенно если уколы на руках замечали.

— Не работал, не учился? — переспросил я.

— Ну, да. А потом родители в какой-то момент продали квартиру и мигрировали на остров Кунашир. До сих пор не понимаю, почему Кунашир? Отец родом из Татарстана, а мать из Псковской области. Ну при чём тут Дальний Восток?

— А ты?

— А я нет, я остался в родном городе! — гордо ответил Руслан.

Я поднял брови:

— А где, ты говоришь, все эти судьбоносные события происходили?

— Как где, в Казани. В общем, я классическая жертва травли со стороны родителей, носитель травм и жертва системы.

Я закашлялся от такой точки зрения:

— Короче, Руслан, давай по фактам. Ты лютый раздолбай и торч. Учёбу завалил, на шее родителей сидел, ничего не делал, только вредил. Есть сильное ощущение, что они не поехали на Кунашир, просто сменили регион, а разыграли всё это только, чтобы от тебя избавиться. И сколько бы ты не корчил из себя жертву, чудак на букву «М» в этой истории только ты.

Руслан нахмурился:

— Когда ты говоришь так… Это, знаешь, немного обидно звучит. Мне кажется, ты сейчас причиняешь мне психологическую травму.

Я протяжно вздохнул.

— Русик, я ещё и в табло могу дать. Может, стоит хорошенько прописать? — я усмехнулся, — Глядишь, тогда вылетят из головы эти словечки из американских фильмов про подростков. Давай со старта определимся, что в моём доме инфантилы не живут.

Руслан изогнул губы в искренней улыбке.

— Про инфантилов вполне серьёзно, — продолжил пояснять я. — Аура тут неподходящая. Жил тут один, звали Стёпкой. Бухал больше, чем дышал, жена ушла, он загрустил и утопился в озере Камколь.

Руслан покачал головой:

— Ужас какой! Много у тебя таких историй?

— Вагон и маленькая тележка.

Я огляделся. Несмотря на жалобные речи Руслана, мы всё сделали. ТВ повешен, всё подключено, диван напротив него стал как новый, яркий, сочный, жёлтый, словно молодой банан.

— Но, Руслан, даже если я готов легко принять факт твоего раздолбайства, жертву из себя корчить не надо. Если хочешь позаламывать руки, то всё просто. Выходи из дома, там есть огород, по тропинке до берега озера. Можешь идти поплавать, Стёпке привет передавай.

Он пожал плечами и некоторое время молчал.

— И ты бы не стал меня отговаривать? — поинтересовался Руслан после паузы.