— А, это? Производственная травма, мне за неё неплохо заплатили, а на жизнь не влияет. Я привык.

— Простите, не хотел Вас… смутить. А как же пистолет, про который Вы говорили, он же требует…

— Я амбидекстр, — перебил меня Осоедов, — Одинаково хорошо владею и левой, и правой, инструментами орудую любой рукой. Думаю, что стрелять левой не станет для меня проблемой.

— Ого. Я впечатлён.

— Если есть время, Вадим, можем поболтать, виски выпить. Или Вы за рулём? — Антон явно расположился ко мне после проявления интереса к его личности и жизни.

— Простите, я за рулём, да и работать надо.

— Хорошо, в следующий раз, — он кивнул и снова взялся за точильный брусок.

Я вышел за калитку, чувствуя спиной его взгляд. Или не его, а взгляд самого дома-бункера.

Отъехав на несколько сотен метров, я остановился у раскидистой ивы и достал телефон, набрал Василису.

Гудки шли долго. Ну да, вдруг сейчас она со Светланой и не может свободно говорить.

— Да, — голос у неё был уставший и настороженный. — Что-то случилось?

— Привет. Всё в норме. Я только что от Осоедова. Немного пообщались.

— Ну и как? — тон мгновенно стал деловым. — Почувствовал что-нибудь? Он тебя узнал, была эмоциональная реакция?

— У него эмоциональность как у старого копчёного индейца, ничего не понятно. Однако, как мне кажется, он не наш клиент, — сказал я, глядя, как по лобовому стеклу ползает одинокая муха, чудом выжившая в ноябре. — Есть одна деталь, которая против его виновности. У него нет указательного пальца на правой руке.

— И что? — не поняла Василиса.

— Чтобы стрелять правой рукой, нужен указательный палец на ней. С одной стороны, он точил топор и держал брусок — как выраженный правша. Квитанцию тоже взял правой и положил в правый карман. Но в разговоре сказал, что амбидекстр.

— Получается, мог стрелять и левой? А как стрелок на Пескоскладе? — уточнила Василиса.

— Стрелял правой, это я точно помню. Причём, судя по тому насколько он бодро вскинул пистолет и попал, с моторикой все было идеально. Быстро, точно, серией.

Василиса молчала. В трубке слышался шорох бумаг и чьё-то далёкое бормотание.

— Вадим, — сказала она наконец, но в голосе звучала неуверенность. — Скорее всего ты прав, однако теоретически стрелять можно и без указательного пальца. Натренировать средний, приучить руку. Спецназовцев вроде бы такому учат на случай ранения.

— Очень много «если» и допущений.

— А как насчёт того, что он псих, паталогически повёрнутый на выживании.? — не унималась Василиса. — Фанатики — все с прибабахом.

— Согласен, но конкретно этот кадр помешан на фикс-идее «конец света», — возразил я. — Вообще в разговоре мгновенно всплыл апокалипсис, тут он распелся соловьём, но там не было места мистике. Он даже в зомби не верит. Осоедов ждёт конца света, а не активно его ускоряет. К тому же, он вахтовик. Сможешь проверить его перемещения по покупке билетов и начислениям по НДФЛ? Вдруг во время прошлых убийств вообще на своих северах был, нефть качал?