Нужно больше силы… Мегалит!

Я мысленно потянулся к нему, вытягивая магическую энергию, и тут же перенаправил этот поток прямо в рукоять кнута. Как правильно им управлять, я понятия не имел. Василиск был абсолютно прав насчёт тренировок, но времени на это сейчас нет — придётся действовать по наитию и учиться прямо в бою.

Я представил себе, как весь мой гнев и ненависть, которые накопились за столетия моей жизни к этим тварям, перетекают в кнут, как в пустой сосуд, требующий наполнения. И взмахнул рукой.

Я промахнулся. Щелчок ушёл мимо лица очередного мертвеца, но пространство в той точке, куда пришёлся удар, разразилось раскатистым взрывом. Ближайшей твари оторвало голову. Следом прошла ударная волна: десяток мертвецов, стоявших вокруг, повалились на землю, будто их скосило невидимой косой.

Но вместе с тем я заметил, как дёрнулись от боли Василиса и Руслан. Оба пригнулись, стиснув зубы.

— Ничего! — крикнула Василиса. — Давай ещё!

Но в этот раз я действовал тоньше. Сначала я представил, как мысленно накрываю Василису и Руслана защитными куполами — плотными, как перевёрнутые чаши, невидимыми, но надёжными. И только после этого зачерпнул из Мегалита сил больше, чем в первый раз.

Удар.

Кнут щёлкнул — и от него разошлась магическая волна, белая, как парное молоко. Мертвецы повалились на землю всё сразу, будто их одновременно шарахнуло. А мои союзники даже не шелохнулись.

— Руслан, кинь топор! Нет, стой! Просто подай.

Руслан, перепачканный землёй, на лбу крупные капли пота, глаза шальные, а в руках лопата — картина, достойная кисти Репина, отвлёкся от того, что проламывал очередному мертвяку череп и протянул мне пожарный топор.

Двери дома с грохотом распахнулись, и оттуда выбежала, громко посвистывая, точь-в-точь как кавалерия при конной атаке — Ядвига. Ощущение усиливало то, что при этом она размахивала казачьей шашкой. За ней по пятам следовал мрачный и в то же время решительный дядя Миша, который держал в руке громадную, в человеческий рост дубину, сделанную из цельного куска какого-то деревца с обрезанными ветвями.

В этот раз нежить не встала.

Мы бросились добивать упавших — каждый тем, что держал в руках. Больше всех старалась Ядвига. Она двигалась с неожиданной ловкостью, орудуя шашкой как заправский рубака, и это вызывало некоторые вопросы о её прошлом. Остальные действовали без изящества, но с толком: наносили удары по головам, проламывали, сминали и прорубали черепа. Вульгарно, зато быстро.

Через минуту всё кончилось.

Руслан замер посреди этого поля брани. От него валил пар. Он дышал часто-часто, и в такт дыханию чуть подрагивали руки, сжимавшие штыковую лопату. Её металлическая часть погнулась и больше не годилась для земельной работы.