— Провокация. У меня есть подозрения, что в озере водятся навки. Я пробовал сканировать, но они прячутся. Если, конечно, это вообще они.

— Что ещё за навки? — не унимался Руслан.

— Водяные духи. Но не такие, как я.

— Духи? Ты заговорил, как индейский шаман. Духи… Двоедушники, может? Я вообще считал, что двоедушники — это Оборотни там, Водяные всякие, Лешие, Домовые… Ну и… — он перевёл вопрошающий взгляд на Василису.

— А ты у нас какой двоедушник?

— Умный и красивый, — с достоинством отозвалась она. — Я помощник участкового, Руслан. Озвучиваю на случай, если ты забыл. А навки, они ненастоящие двоедушники. Не хочу тебя пугать, но по своей природе это скорее нежить, чем такие, как мы.

Новость о том, что навки оказались ещё и мёртвыми сущностями, Руслана совершенно не обрадовала.

— А может быть, всё же нужно что-то по криминальной части? Разборки, побег, все дела? А? Если подумать, то клетка в опорнике мне как-то ближе и роднее, чем озеро с трупаками.

— Руслан, не бойся, — подбодрил я его. — Я Водяной, утащить тебя не дам. Нам нужно всего лишь, чтобы они проявились, показали себя, понимаешь? Потом ты сразу можешь выходить. Обещаю, с тобой ничего не случится. Они же людей утаскивали не вдруг, а разговаривали, прибалтывали, завлекали, звали, пока те сами не уходили на глубину. Да что там далеко ходить, ты сам видел, как профессор полез в воду.

— Да, было такое.

— Ну вот. Ничего же с ним в итоге не случилось. Пошли, а? Если что, я тебя вытащу. Ты только плавки накинь.

Руслан не сказал «да», однако нехотя отправился переодеваться. Наш следственный эксперимент, который также был театром (если не цирком) одного актёра, начался.

Руслан в гордом одиночестве вышел на берег, довольно-таки натурально ругаясь на работу, на Гайка, на меня и вообще на капиталистический уклад общества. Тот самый, который заставляет взрослого человека работать, потому что никто не хочет давать ему денег просто так. Он уселся боком к нам на сваленные вместе покошенные и высохшие стебли рогоза, того самого, который традиционно ошибочно именуют камышом.

Трава шуршала под филейной частью оборотня, пока он бурчал.

— Как вы меня достали! — Руслан открутил крышку и сделал глоток, после которого скривился. Скорее всего, он бы и правда предпочёл, чтобы в бутылке был какой-то алкоголь, так ему было бы проще войти в роль. Но я не хотел, чтобы он терял контроль над ситуацией. А может он просто не ожидал, что минералка окажется настолько холодной.

— А что значит эта ваша фразочка «Отпусти в долг по-суседски»⁈ «Запиши в тетрадку»⁈ В ПВЗ вообще нет и не будет таких тетрадок! Клиентоориентированность, твою мать! А как быть с тем, что некоторые мои соседи, похоже, мылись в последний раз осенью, и стоит такое амбре, что слёзы наворачиваются? Почему про это не сказано в моём трудовом договоре, что я работаю с бактериологической опасностью⁈