Василиса выразительно посмотрела на меня.

— Какая ещё деталь? — страдальчески спросил Руслан. — Мне что, придётся одеть женское платье и бродить там в образе заблудившейся школьницы?

— Надеть, — машинально поправил я. — Нет, платья не будет. Тебе просто нужно будет прогуляться там в образе барсука.

— Что-о-о⁈ — взвизгнул оборотень неожиданным фальцетом.

— И снова тысяча извинений, Ваше барсучество, но такова селяви, — я виновато развёл руками. — Наш упырь за всё это время нападал исключительно на собак.

— И что, барсук тебе собака, что ли⁈ Это попахивает видовой дискриминацией! Расизмом!

— Габариты те же, а в темноте вообще не отличить, — принялся успокаивать я.

— И потом, он на них не просто «нападает», как ты изящно выражаешься, а натурально выпивает досуха! Убивает! Я, вообще-то, в курсе местных новостей, — возмущённо говорил Руслан. — Он их жрёт, причём без разбора, что цепных волкодавов, что бродячих бобиков!

— Ну, мы до крайностей не доведём. Недопустим такого, — я постарался придать голосу максимум уверенности.

— Я категорически не согласен! — твёрдо заявил он.

Однако по его взгляду было ясно, это бунт обречённого. Примерно с такой же твёрдостью молодой муж заявляет, что ни за какие коврижки не поедет к тёще копать картошку. Он приводит безупречные, здравые аргументы, высчитывает нормы годового потребления картофеля на молодую семью, составляет убедительную калькуляцию стоимости медикаментов для сорванной спины… Но где-то в глубине души уже осознаёт, что завтра в семь утра будет стоять в поле с лопатой. Спор этот был проигран, не успев начаться.

Мы помолчали ещё пару минут. Я, не говоря ни слова, собрал в тишине со стола посуду, включил воду и принялся неспешно её мыть, давая нашему живцу время свыкнуться с неизбежным.

— И когда вы, живодёры, намерены воплощать в жизнь этот ваш бесчеловечный план? — сердито буркнул Руслан под шум воды, прерывая молчание.

— Ну, завтра, наверное, — меланхолично отозвался я, ставя чистую тарелку на сушилку. — Сегодня мы все устали. Погони, драки, Вилы, твоя покоцанная машина, восстановление медпункта… Хватит с нас подвигов за одни сутки.

— Нет уж, дудки! Я просто не вынесу ещё сутки ожидания, — Руслан обратился к Василисе. — Сейчас ведь не слишком позднее время для поимки этой… твари?

— Да нет, в самый раз, — задумчиво протянула она. — На берегу у Печи народ ещё наверняка гульбанит, но это далеко от кладбища. В целом посёлок уже спит. Упырь сейчас должен быть максимально активен. Насколько мы знаем, он всегда нападает ночью, потому что именно в это время чувствует себя более уверенно. Это, кстати, говорит как о его хитрости, так и о слабости.