— Вообще-то, время для посадки давно прошло, — резонно заметила Василиса. — Хотя в руках Лешего даже сухой прутик, воткнутый в грязь, пустит корни и станет статным деревцем.

— Вы не можете помолчать? — паническим шёпотом взмолился идущий впереди Руслан и резко обернулся. — Мы тут, вообще-то, жизнью рискуем. Особенно я! А если он нас услышит? Или, хуже того, если проигнорирует, и мне придётся бродить по этим кустам каждую ночь? А если меня местные бабки лопатой огреют в темноте? Ты видел бабу Нину, Вадим? Она же меня убьёт с одного удара!

— Скажешь тоже. Баба Нина почти что божий одуванчик, мухи не обидит, — не согласился я.

— Да этот твой одуванчик коня на скаку остановит и затащит в горящую избу, которую сама же перед этим и подожгла! — на одном выдохе выпалил Руслан. — Тише, прошу вас.

— Руслан, расслабься, я его магическим чутьём пока не фиксирую, — я понизил голос, чтобы нас действительно не услышали в ближайших дворах. — Мёртвые могут отлично прятаться за фоном других мёртвых, в данном случае — кладбища. И потом, ты забываешь две очень важные вещи.

— Какие ещё вещи? — напрягся он.

— Во-первых, двоедушники довольно прочные. Мы не бессмертны, конечно, но куда крепче обычных людей. Скажем, если тебя на скорости собьёт машина, приятного в этом мало, конечно, но это будет не смертельно. И второе. Тебе не придётся бродить здесь каждый день. Для нежити двоедушник в десятки раз привлекательнее, чем обычный человек. Надеюсь, они сами этого не осознаю́т, но он тебя учует, как заядлый алкаш новую разливайку, открывшуюся на соседней улице. Найдёт интуитивно. Он даже не поймёт, почему его к тебе так непреодолимо тянет. Это как мощнейшие феромоны…

— Вадим, ты сейчас мою кровь сравнил с феромонами и дешёвой наливайкой? Я тебе говорил, что ты ни фига не умеешь успокаивать? — мрачно перебил он, останавливаясь.

— Да, что-то такое было. А что?

— Тогда ничего. Статус без изменений. Утешение — это вообще не твоё, от слова совсем. Теперь-то мы можем помолчать?

Словно в подтверждение его слов, где-то в стороне, в темноте, раздался хруст. Мы втроём инстинктивно присели.

Василиса мгновенно сплела пальцами крохотный магический рисунок, простое поисковое заклятие вспыхнуло на секунду и тут же развеялось. Она прислушалась к ощущениям и отрицательно покачала головой.

— Не наш клиент, — прошептала она. — Продолжим путь.

Мы шли пешком по улицам Колдухина — частично заасфальтированным, где-то перекопанным, а где-то всё ещё представляющим собой смесь грязи, старого щебня и остатков асфальта… Да ещё и с такими выбоинами, что в одной можно смело прятать отряд оборотней, а в соседней — целую группу упырей.