— За мой счёт, Гайк, — спокойно ответил я, обрывая поток его причитаний.

— Да? — глаза Гайка заблестели. — Слюшай, тагда, канешна, сдэлаем! Всё в лучшэм видэ арганизуэм, нэ самнэвайся. Ты толька скажи бабе Маше, что эта ат мэня… спонсарская помащь, да? Тэбе же дядю сваего свэтить нэльзя, правильна панымаю?

— Скажу, — я усмехнулся и утвердительно кивнул.

— Ладна, всё, я пабэжал. Пусть ани пакупатэли и недавольные, но нада им ещё админыстрацию паказать. И пляж! — Гайк уже разворачивался в сторону своих клиентов, но вдруг обернулся. — Вай, какая там пэчь на пляже стаит, проста пэрсык! Настаящий арт-абъэкт!

— Чего ты мне-то это рассказываешь? — удивился я с улыбкой. — Я же её сам тебе и заказывал.

— Настраиваюсь, панимаэшь? Слава правыльные падбираю, — Гайк махнул рукой, в которой держал письмо. — Всё! Пашёл я.

Вернувшись к своим обязанностям, я поехал развозить почту. Проезжая по Озёрной мимо одного из наших с Гайком выкупленного дома, я краем глаза заметил какое-то движение. На участке маячила подозрительная фигура.

Припарковавшись, я пошарил под своим сиденьем, кнут-самобой был при мне. Достав телефон, я быстро набрал Василисе короткое сообщение: «Я на Озёрной 41, тут кто-то шастает, пошёл проверять», сунул мобильный в карман джинсов и двинулся к дому.

При скупке недвижимости Гайк действовал радикально, по давно отработанной им схеме. Первым делом он выгребал из дома всё, что имело хоть малейшую ценность. Поначалу он порывался делить найденную рухлядь, такую, как старая мебель, одежда, посуда и доисторическая бытовая техника, строго пополам со мной. Я от такого богатства отказался, попросив передавать Руслану только документы жильцов да книги (рука не поднималась позволить выбросить книги на помойку или сдать в макулатуру).

Проведя такое «разграбление», Гайк запускал во двор Михалыча. За скромную плату, тут я сильно подозревал, что расчёт производился не купюрами, а булькающей валютой, но в процесс благоразумно не вмешивался, его усилиями наводился порядок. Тот безжалостно вырубал весь бурьян и вывозил мусор, расчищая плацдарм для строительных бригад. И только после этого в дом засылался Руслан с планшетом наперевес, который своим намётанным взглядом оценивал масштаб бедствия и прикидывал объём работ по приведению здания в товарный вид.

Дом, возле которого я сейчас стоял, явно прошёл первые две стадии. Двор был чистым и пустым, так что красться по кустам, изображая спецназ, мне бы при всём желании не удалось.

Я толкнул калитку и уверенно вошёл во двор, на всякий случай держа руку со свёрнутым кнутом за спиной.