Оборотень приехал по моей просьбе, но всем своим видом демонстрировал нетерпение. Его можно было понять, после нашего «мероприятия», которое для меня самого оставалось весьма туманным, ему предстояло ехать к Кубу и идти в Навь.

— Ждём Василису, — пояснил я. — И ещё одного мужика. Он должен помочь нам поймать того вторженца, что располосовал наш вагончик.

Руслан удивлённо посмотрел на меня.

— Что за мужик? Инквизиция всё-таки кого-то прислала? Знаешь, после твоих рассказов и многозначительных намёков Василисы про эту всемогущую Контору, я этих ребят слегка побаиваюсь.

— Нет, это не инквизитор, — я на секунду задумался, подбирая слова. — Даже не знаю, как тебе объяснить… Это Добрыня. Богатырь.

— Какой ещё Добрыня? Тот, что из сказок, что ли? — глаза оборотня стали ещё шире от удивления.

— Вроде того. Только это, по большей части, и не сказки вовсе, — хмыкнул я. — Говорит, что завязал с истреблением змеев и сменил профиль. Теперь работает по мелочи, вроде как ловит нечисть разную.

Руслан недоверчиво прищурился:

— Мы же вроде как не любим это слово? Сам говорил, не толерантное оно.

— Применительно к себе — да, терпеть не можем, — отозвался я. — А вот если нужно обозвать кого-то чужого, то не такой уж и плохой термин.

Я сунул руки в карманы джинсов и посмотрел на линию горизонта, над ним ещё оставалась слабая полоса света.

Со стороны посёлка в нашем направлении ехало две машины. Первая — знакомая и понятная, сине-белая полицейская «Лада-Нива-Тревел» Василисы. А вот вторая… Вторая заставила Руслана удивлённо вскинуть брови. Это был чёрный пузатый «Мерседес» в кузове W140. Та самая легендарная мечта бандитов, шпаны и суровых пацанов из девяностых. Но время его не пощадило, кузов выглядел потрёпанным, авто, конечно, всё ещё пыталось казаться солидным, всем своим видом демонстрируя остатки былой роскоши, но…

— Это тот самый мужик? — негромко спросил Руслан, не сводя глаз с приближающегося немецкого «танка».

— Думаю, да. Ну или кто-то из прошлого века заблудился в наших полях, — хмыкнул я. — Если так, то сто́ит ожидать кожаной куртки и позолоченной цепи в палец толщиной.

Когда машины притормозили, я замахал рукой, пальцем показывая водителям, куда лучше припарковаться. В итоге наши автомобили выстроились широким каре, чтобы хоть немного прикрыть наше будущее действо от случайных глаз с дороги.

Мы не ошиблись. Как только «Мерседес» замер, его тяжёлая водительская дверь распахнулась с протяжным, натужным скрипом, и нам явился Добрыня.

Со всё тем же подозрительным выражением лица богатырь оглядел нас. Подошёл, протянул Руслану здоровенную ладонь для рукопожатия, пожимая, они обменялись короткими фразами представлениями: «Руслан» — «Добрыня». Мне здоровяк лишь бросил скупое: «Виделись». После чего сразу направился к корме своей машины открывать багажник.