— И тебе не кашлять, — буркнул он. — Чего вы тут устроили? А, неважно. Это у нас к тебе, Василиса, вопросы накопились. И если бы этот Захар не был так занят, блея в ответ на твои провокации, он бы давно тебе всё сказал.

— Обычная плановая проверка, — с непроницаемым выражением лица парировала Василиса.

— Значит, мы можем переходить к встречным вопросам! К полиции! Мы тут, между прочим, потерпевшие! У нас тут засилье! Разгул! Разврат! — Леший в сердцах рубанул рукой воздух, — Нет, ну насчёт разврата это я, пожалуй, лишку хватил. Но участок-то твой! Почему мер не принимаешь⁈

— Михаил Анатольевич, — осадила его Василиса. — Давайте Вы отбросите эту театральщину и скажете толком, что у Вас здесь случилось. А то, знаете ли, Ваш Зиновий Сергеевич только что клятвенно меня заверял, что в садах тишь, гладь и никаких проблем, нарушений и происшествий.

— Мозгляк, — презрительно бросил дядя Миша в сторону управляющего. — А ещё Томку уговаривал меня уволить.

Зиновий покраснел и вжал голову в плечи.

— Я бы никогда… — пискнул он.

— Ладно, хорош блеять. Короче, — Леший откашлялся, вновь завладевая вниманием публики. — Что я имею сказать? У нас украли брёвна.

— Какие ещё брёвна? — нахмурилась Василиса.

— Да явно местные балуются. Прям как в девятнадцатом… — начал было он, но я выразительно на него посмотрел, выпучив глаза, и предупреждающе шикнул.

Всё-таки рядом стоял совершенно смертный Зиновий. Ему было абсолютно ни к чему знать ни про бурное прошлое дяди Миши в девятнадцатом веке, ни тем более о том, что главный технолог садов, самый настоящий Хозяин Леса.

Леший поймал мой взгляд и недовольно цыкнул.

— Ну, да… как сейчас помню, в две тысячи девятнадцатом… Короче. Если бы Зиновий включил своего внутреннего экскурсовода, а не блеял тут перед вами, то уже рассказал бы, как у нас налажен процесс. Я лично обхожу угодья и указываю на деревья, которым всё — амба. Плодоносить больше не будут. Или на те, что уже совсем высохли. Это, между прочим, больше шестидесяти процентов всего фонда! Мы их точечно, но очень массово сносим, чтобы потом восстановить площади саженцами новых пород.

— Дорогими, между прочим, саженцами, — осмелев, проворчал Зиновий, — и Ваши методы определять, какое дерево будет плодоносить, а какое нет… они, мягко говоря, антинаучны!

— Помолчи, дурошлёп, — дядя Миша отмахнулся от него, — Так вот, брёвна от попила сушняка пропали! Подчистую! Налицо кража! Воровство! Лиходейство!

— Михаил свет Анатольевич, — встрял я, прерывая этот всплеск праведного гнева. — Насколько мне не изменяет память, Вы же сами недавно дали согласие Гайку вывезти пару брёвен на дрова для шашлыка.