— Впечатляет. Ну что, двинули?

Мы бесшумно вышли из-за кустов смородины и растворились в молочном мареве, шаг за шагом приближаясь к зданию. Руслан остался на исходной позиции, сквозь туман я как будто спиной чувствовал его долгий провожающий взгляд.

Рядом, напряжённая, шла Василиса. В её руках мягко пульсировал готовый магический конструкт, развёрнутый боевой щит, сплетённый из мерцающих зелёных нитей, отбрасывающих в тумане слабое неоновое свечение.

Добрыня толкнул тяжёлую дверь. Старые кованые петли жалобно скрипнули, створка слегка приоткрылась… Однако почти тут же неведомая сила с той стороны захлопнула её так резко, что с косяка посыпалась штукатурка. Нас здесь явно не ждали и как бы намекали, что очень нам не рады.

Входная дверь в медпункт была под стать самому зданию: старая, широкая, висящая на трёх кованых петлях, сколоченная из четырёх толстенных досок. За десятилетия её покрыли столькими слоями краски, что они напоминали годовые кольца деревьев. Последний, небесно-голубой слой сейчас пошёл глубокими трещинами от удара.

Добрыня лишь усмехнулся. Он медленно поднял руку, упёрся указательным пальцем в самый центр двери и произнёс негромкое: «Пиу-пиу», словно играющий в войнушку ребёнок.

И тут я опешил. Дверь от его внешне безобидного жеста содрогнулась, словно в неё на полном ходу влетел таран. Массивную створку неестественно выгнуло внутрь, а затем просто разорвало в клочья. Самым жутким было то, что произошло это почти беззвучно, раздался лишь треск древесины, и в тамбур метнулось облако древесной пыли вперемежку с острыми щепками. На петлях осталась сиротливо покачиваться буквально одна чудом уцелевшая доска.

Не меняя выражения лица, Добрыня перешагнул через порог.

— Барышни… — протяжным басом, с обманчивой ленцой окликнул он притаившихся в помещении Вил. — Предлагаю сдаться. Это здорово упростит жизнь и вам, и нам.

Мы двинулись следом, осторожно ступая по обломкам. Шаг. Другой. Третий. На полу валялись сорванные шквальным потоком воздуха медицинские плакаты и чья-то одежда.

— Уходите! — из глубины медпункта донёсся громкий женский голос, он резонировал, многократно отражаясь от стен. Казалось, он звучит сразу отовсюду. — Уходите и останетесь живы!

Я поморщился. Этот взаимный обмен угрозами меня не впечатлял. Вилы явно пытались нас напугать, но за этим действительно стояла реальная сила. Они кормились в Яви уже несколько дней, набрались мощи и теперь несли в себе смертельную угрозу для нас.

Мы прошли уже половину коридора и поравнялись с кабинетом Давлета. И тут они ударили.