Несколько секунд никто не говорил. Даже Заг перестал кривить рожу и просто молча смотрел на пленного. Старик продолжил:

— Сначала мы думали держаться на корабле и искать способ вернуться. Потом поняли, что не сможем. Тогда высадили людей на планету. Основание было временным. Так мы себе говорили. Временное поселение. База выживания. Пока не восстановим дредноут или не найдём выход.

Он снова сухо усмехнулся.

— Временное. Уже на три поколения.

Я почувствовал, как в рубке «Разрушителя» у Ромы кто-то тихо выругался. Не вслух, а по общему каналу. Потому что теперь всё становилось на свои места.

И отчаянность боя. И самодельные платформы. И кустарные роботы. И разномастные скафандры. И то, почему противник вцепился в астероид и дредноут мёртвой хваткой, хотя с военной точки зрения уже давно должен был отступать или сдаться. Им отступать было некуда.

— Вы нарушили закон невмешательства, — тихо сказала Кира.

Старик перевёл на неё взгляд.

— Мы нарушили почти все законы, какие только существуют. — Он устало прикрыл глаза. — Не оставлять следов в прошлом. Не вмешиваться в развитие докосмических миров. Не создавать изолированные ветви колонизации. Не переносить технологии в неустановленную эпоху. Мы всё это знали.

— И всё равно сделали, — жёстко сказал я.

Он открыл глаза и посмотрел на меня уже без злости. Только с усталостью.

— А что бы сделал ты, командир? Дал бы своим людям тихо сдохнуть на палубах, красиво соблюдая устав? Или всё-таки посадил бы челноки на пригодную планету?

На это я сразу не ответил. Потому что ответ мне не нравился. Слишком хорошо я знал, что сделал бы сам. Рома, будто чувствуя это, заговорил первым:

— По журналам выходит, первое поселение основали через четыре месяца после аварии. Сначала лагерь снабжения, потом постоянную базу. Потом пошло-поехало. Добыча руды, переработка, простое производство, фермы, ремонтные мастерские. Они реально вросли в этот мир.

— Насколько сильно? — спросил я.

— Пока неполная картина. Но судя по фрагментам — очень. Там не просто лагерь выживших. Там полноценное поселение. Возможно, уже не одно. И да… похоже, именно оттуда они добирали людей на корабль.

Заг покосился на старика.

— То есть мальчишек в броню вы одели уже там?

Старик не отвёл взгляд.

— Они не полноценные бойцы, и в качестве членов экипажа их можно использовать только на самых простых участках. Ни у кого из них нет имплантатов. Как штурмовики они ещё сгодятся, если переключить управление скафандрами на ручное управление, а вот пилотировать и стрелять из орудий главного калибра уже не могут. Все пилоты, которые погибли в бою с вами — это те немногие, кто дожил до этих дней из состава основного экипажа. Мы готовили молодых как могли, переделывали системы управления звездолетов, но чтобы подготовить пилота способного летать без искина и пилотских баз, требуется чертова куча времени, и этот пилот должен быть гением с уникальной памятью и реакцией. Таких найти не просто. Собственно, их вообще единицы.