Почему тяжелые пусковые установки были смонтированы фактически на танках? Все очень просто. Стреляли они недалеко. Не удавалось пока инженерам и конструкторам сделать неуправляемые ракеты, летающие дальше полевой ствольной артиллерии. Да так, чтобы не «куда-то туда», а с хоть как-то предсказуемым эллипсом рассеивания. А раз так, то попадание под обстрел артиллерии противника было весьма вероятно. Так что эти пусковые установки проектировали как классические самоходки.

Значит выехали они.

Пару минут помедлили.

И «пошла жара».

Сначала первая ракета, обильно дымя и шипя, ушла куда-то вдаль, оставляя после себя хорошо различимый след. Потом вторая. Третья. Четвертая. И так далее — вплоть до тридцатой.

И только стрельба закончилась у всех боевых машин, как к ним поспешили транспортно-заряжающие. Тоже гусеничные. Тоже бронированные.

С помощи специальной стрелы небольшого крана распахнули откидной броневой кожух боеукладки. И начали ракету за ракетой загонять в пусковую установку, трубы которой были стабилизированы по горизонту.

Минута. Вторая. Третья.

Готово.

Откидной кожух ставиться на место. Стрела крана переводиться в нейтральное, походное положение и тоже фиксируется. А сама транспортно-заряжающая машина дает ходу, стараясь отъехать подальше. Там ведь и выхлоп от стартующих ракет, и вероятность взрыва, которым сразу накроет две установки. В общем — рядом находиться не надо.

И только транспортно-заряжающие машины отошли как прозвучал сигнал. И вновь ракеты начали уходить в даль, поднимая там целую стену кошмарного вида взрывов. Тут и калибр сказывался, и масса боевой части, и тип ее… ведь при взрыве весь этот пирогель расплескивался по округе целым облаком горячего кошмара.

Потом был еще один залп. И еще. И еще. И еще…

Сами же машины при этом смещались. С одного места они давали не больше одного-двух залпов, потом перекатывали заметно в сторону. И начинали обрабатывать новую цель. А транспортно-заряжающие машины откатывались в тыл и «заправлялись» с больших грузовых автомобилей, перевозящих целые укладки этих ракет. Что позволяло перезаряжать боевые машины по мере необходимости. Быстро и слажено. И много стрелять… много… очень много…

Контрбатарейной борьбы силы Альянса не вели.

Подразделения РСЗО маневрировали, стараясь уклониться от нее. Но ее не было. Впрочем, это не мешало уклоняться. Мало ли?

А почему войска Альянса не вели борьбу с пусковыми установками? Все очень просто. Им было не до того. Ведь сверху их утюжили бомбардировщики.

Тяжелые многомоторные машины подлетали к тыловым позициям той или иной дивизии и сбрасывали на них крупные термобарические бомбы. Большие такие дуры. Которые недалеко от земли устраивали «светопреставление».