Синяя хворь на род Волка повлияла не так значительно, как на род Змей, однако ничего еще не кончено. Вирус, однажды запущенный матушкой, остался навсегда, продолжая изменяться и нападать. Повлияет ли он на следующие поколения великородных? Это покажет лишь время. Я спрашивала Таора, почему верховный маг не сплетет вирус, убивающий вирус. Таор честно сказал, что не имеет понятия о таких вещах, но точно знает, что у всякого действия, совершенного даже с самыми хорошими намерениями, есть последствия.

«Может так быть, что последствия еще страшнее», — внушительно добавил, хмуро глянув на меня.

Он опять прав. Я узнаю своего Волка и люблю с каждым днём все сильнее. Мне нравится его непростой нрав, который вовсе не изменился — по-прежнему «лютый». Став старейшиной, Таор порой приходит домой настолько взвинченным, что я чувствую страшную ответственность, когда готовлю ему успокаивающий чай. Убьёт ещё кого… Индира, например.

Или Дрея. Сероглазый высший Волк неожиданно увлекся бывшей любовницей Таора — Тайрой. Мой Волк принял известие без воодушевления. Я наблюдала, как друзья сначала подрались, потом неделю не разговаривали, переживали и переваривали каждый свое, после помирились. Но Таор все еще ворчит: «Не мог другую найти, бешеная скотина». Он ничего не может сделать с выбором друга.

Мы планируем выбрать ездового волчонка для меня, как Волчица я имею на это право. При Таоре обмолвилась, что возьму самого слабого, никому не нужного. А он нахмурился и прорычал, что я глупая селянка, что надо брать того, кто идёт в руки и нравится, а не по каким-то надуманным критериям. Расплакалась тогда как ребенок… Еще раз поняла, что сделала верный выбор.

Около нашего дома растет терн — шипастый колючий кустарник с темно-синими ягодами, из которых получается потрясающая наливка. Я сравниваю Таора с тем терном. Стойкий, вредный, не боится холода, жары… А колючек у него — бесконечное число! Весь изранишься, пока доберешься до терпковатых, неожиданно сладких вяжущих ягод.

В нашем большом доме хорошо, гораздо лучше, чем в избушке. Комнат много, есть место для всего: отдельная мастерская, отдельная гостиная, даже шкаф не нужен — есть целая комната, которая служит шкафом! Но спим мы все равно вместе. Всегда.

И в новое утро я проснулась от того, что сквозь сон звучно пробился голос Таора:

— … понял, осмотрю участок. Сам ты пошел.

Говорил он совсем негромко, но оглушил меня так, что в голове низко зашумело и уши заложило на несколько секунд.

— С кем разговариваешь? — пробормотала, недовольно прикрывая открытое ухо и приподнимая голову с доставшегося мне края подушки.