«Ну, приехали».
Какая эмоциональная семья… Растерянно похлопала его мать по спине, с опаской коснулась русых волос. Кинув взгляд вниз, углядела на полу начиненные неприятной начинкой вчерашние пирожки.
«К Таору надо, а то он чего похуже начнет метать…»
Глядя на пирожки, я начала гладить женщину быстрее.
— Не плачьте, не плачьте вы. Все будет хорошо… Поправится он, обязательно. Молодой же Волк, конечно, скоро встанет. Я пойду, ладно?
— Сердишься на нас, обижаешься? — не отвечая на вопрос, сдавленно спросила Волчица, продолжая обнимать меня обеими руками.
Поняла, что мать беспокоится насчет жалобы в управу. Я бы тоже волновалась на ее месте.
— Нет, не сержусь. Он же заболел… Да и не сделал ничего. В болезни всякое вытворяют, голова-то кипит, не так работает… Жаловаться не буду. И Волку, с которым сейчас живу, постараюсь объяснить… — тут я душой скривила, потому что как остановить Таора, пока не представляла. — Не плачьте только. Вас как зовут?
— Вирана… Спасибо, спасибо! — Волчица продолжала рыдать. — Прости его, прости… Не ведал он… Не ведал!
— Да понимаю я… Вирана, вода закипела.
Через несколько минут объятия расстроенной Волчицы удалось расцепить, я поспешно попрощалась и выскользнула за дверь и уже там выдохнула.
«Свободна».
Все-таки вчерашняя прогулка вышла плодотворной. К дому Таора я вернулась без приключений, даже не заплутав. Прохожих встречала. Сторонясь их, нервничала, ускоряла шаг, одновременно умудряясь вежливо кивать издалека. Больше всего я боялась, что мне встретится какой-нибудь очередной неуравновешенный Волк с отбитым носом. Но обошлось. Странно, но прохожие и сами отшатывались от меня как от прокаженной. Гадая, что происходит, я почти дошла до дома, когда на очередном повороте на меня налетел и подхватил злой Волк.
Глава 22 Мужская правда, женская правда
Объяснения Таору не требовались, он ни о чем и не спрашивал: быстро провел носом по моей шее, груди и поставил на ноги. Разъяренное лицо не смягчилось. Человеческого в Таоре сейчас было так мало, что я бы сказала, что передо мной был не Таор, а только Волк. Зрачок сжат в крохотную точку, сощуренные глаза горели яркими огоньками, верхняя губа подрагивала в оскале. Кажется, единственное, почему он в ту же секунду не помчался дальше к Тирому — смесь нежелания тащить меня туда и сомнение, что я одна спокойно дойду до дома. Пользуясь секундами колебаний взбешенного мужчины, я цепко повисла на каменной шее и начала активно умолять.
Вопрос, как его встретить, решился сам собой.
— Таор, Таор, не надо к нему! — скороговоркой заговорила я, на цыпочках дотягиваясь до подбородка. — Тиром заболел, болен. Болен, понимаешь? Синие ногти, как у портнихи. Даже не чуял запаха. Не чуял тебя, говорил, что не чует! А потом в обморок упал, как портниха, помнишь? Она же бредила, юбку мне резала и Тиром тоже такой же! Он не в себе, у него синяя хворь, жар, бред.