— Спрошу. Будешь решать с Тиромом? Кружит ведь.

Я внимательнее взглянула на Таора. Тот не изменил ни позы, ни выражения лица, смотрел из-под ресниц на реку все так же лениво.

— Буду, — буднично подтвердил и пружинисто поднялся, направляясь в сторону дома в сопровождении радостно подпрыгивающего Бояра.

«Будет⁈ Что?»

Не то, чтобы я особенно боялась за Тирома. Скорее от осознания, что из-за меня может кто-то пострадать, стало не по себе. С опаской глянула на удаляющуюся спину. Та сообщала, что готова делать больно во все стороны.

— Дрей, что он сделает? — не выдержав, спросила у оставшегося лежать в той же позе Дрея.

— Не знаю. Может побеседует, — равнодушно ответил тот, даже не задумываясь.

— Таор? Побеседует? — недоверчиво глянула на сероглазого.

— Он умеет, — зевнул Волк, зыркая, как на глади воды расходятся круги от плеснувшей у поверхности рыбы.

Посмотрела на Дрея с сомнением. Беседа в исполнении Таора казалась болезненной процедурой. Но уточнять не стала, язык чесался спросить о другом.

— Тиром сказал, — я понизила голос почти до шепота, — что Таор кое-что натворил в прошлом… Это правда?

Я не решилась сказать «насильник». Дрей на мгновение дернул щекой и отрицательно мотнул головой.

— О том его самого спрашивай, — резко ответил, давая понять, что не желает говорить на эту тему. С досадой сосредоточилась на отжимании белья. Так как оно не было похоже на пыточные шторы из управы, дело шло легко и быстро. В голове бегали, покусывая друг друга, мысли из Таора и Тирома.

Дрей поднялся, обошел меня, щуря колкие серые глаза, и мягко-мягко подкрался со спины, как на подушечках лап ходят звери.

— А ты, — голос звучал негромко, — давно ли травничаешь, Аса?

Он прихватил простынь, помогая развесить, сам встал за плечом, поближе. Мне показалось, что он принюхивается. Стало неловко.

— Лет с двенадцати мама начала приучать… — я спиной чувствовала интерес мужчины за плечом. По телосложению Дрей почти как Таор, возвышался надо мной как дом. Он сам накинул мокрую ткань на растянутую между деревьев веревку.

— Только с мамой живешь или еще кто-то есть? — продолжал допытываться.

— С мамой…

— А отец?

— Он умер давно. Я его не знала.

— Всегда в селе жили?

— Да, а что?

— Так, интересно. Интересная ты.

— Обычная…

— Не скажи… Я людей повидал. Ты отличаешься.

— Чем?

— Дрей, — раздался порыкивающий голос возвращающегося Таора.

Тот даже не посмотрел в его сторону.

— Волосы у тебя пахнут необычно. И вообще… вся ты. Не пойму, почему, — Дрей потянулся пальцами к моей косе, задумчиво зацепил кончик широкими подушечками пальцев. — Не должна так…