— Куда ты меня тащишь? — проворчал Иван.
— Подальше от таких разговоров! — Я замедлил шаг, оборачиваясь. — Только бойни в центре города нам и не хватало!
— А что нам, по твоему, нужно делать?
— Лично я собираюсь делать свою работу. — Я прищурился, выглядывая на той стороне дороги Геловани. — А ты пока проследи, чтобы их сиятельства не сцепились, пока мы не выведем Сумарокова.
Глава 29
— Расходитесь, судари. Вы препятствуете работе полиции.
Геловани стоял ко мне спиной, выставив вперед руки. Будто собирался то ли защищать, то ли наоборот — ударить первым всей мощью Таланта. «Левые» выстроились перед ним полукругом. Втягивали головы в плечи, прятали руки в карманы… наверняка проверяли оружие, хотя большинство собравшихся под окнами доходного дома и без всяких там револьверов стоили роты солдат.
Однако нападать, похоже, не собирались… пока что.
— Мы? Препятствуем? Даже и в мыслях не было, ваше превосходительство! — Высокий седовласый мужчина отступил на шаг — однако спорить не перестал. — Мы здесь только лишь для того, чтобы убедиться в безопасности нашего товарища.
— Даю вам слово, его сиятельству Павлу Антоновичу ничего не угрожает, — буркнул Геловани. — Конечно же, если он не имеет намерения противиться воле его величества императора.
— Воле императора? — переспросил кто-то из «левых». — Или произволу стариков, которые решили, что им дано право карать неугодных по одному лишь собственному своему желанию?
Имен говоривших я не знал, но лица, конечно же, вспомнил — именно эти двое первыми вскочили после пламенной речи Сумарокова, ничуть не боясь впасть в немилость у государя. Они же поспешили поздравить его сиятельство после заседания. Да и сегодня, похоже, примчались чуть ли не сразу после того, как у доходного дома остановились полицейские авто.
— А на что это, по-вашему, похоже, милостивые судари? — огрызнулся Геловани. — Мои люди действуют с высочайшего дозволения, а остальное нас не касается.
— Зато касается нас, ваше превосходительство. — Седовласый шагнул вперед. — Где гарантии, что вы исполняете волю государя, а не не светлейшего князя Горчакова?
— Довольно! — Геловани возвысил голос. — Я не собираюсь выслушивать оскорбления. И если одного моего слова недостаточно…
— Ну здравствуй, капитан. Совсем худо вам тут приходится?
Дельвиг появился рядом со мной незаметно — просто вышел из полумрака под свет фонаря, ненавязчиво раздвинув плечами сердитых аристократов, уже готовых сорваться с цепи. Вряд ли хоть кто-то здесь обрадовался появлению еще и георгиевского капеллана, но никаких возражений не последовало: Орден пользовался уж точно не меньшим уважением, чем тайный сыск и императорская канцелярия.