— А нашли, откуда она появилась? — спросил я.

— Нет, мы и не искали, — ответил их старший, лысоватый мужик с брюшком и масляными глазками. — А зачем?

— В смысле — зачем? — я даже опешил. — Вы же должны понимать: откуда она появилась — может быть, там источник.

— А как нам это поможет? — ответил их старший, нахмурившись. Лицо его выражало искреннее недоумение.

— Возможно, можно будет понять, что это за болезнь, — сказал я.

Маги лишь переглянулись, а барон смотрел на них прожигающим взглядом — казалось, ещё секунда, и он начнёт плавить их одним только взором.

Мне, честно говоря, было удивительно, что об этом даже никто и не задумался. Как можно лечить болезнь, не зная её природы? Это всё равно что стрелять из лука с завязанными глазами.

— В общем, так, — сказал Олег Валентинович. — Вы сейчас совместно начинаете заниматься этим вопросом.

— Я думаю, что нам не стоит отвлекать господ магов от их работы, — сказал я, глядя на барона.

— Тогда можете идти, — он меня правильно понял, и маги ушли, бормоча что-то себе под нос. Один даже обиженно поджал губы, но возразить не посмел.

— Пусть они занимаются своим делом, — сказал я, когда дверь за ними закрылась. — А мы займёмся своим. Сейчас нужно понять, откуда эта болезнь взялась и где начала уходить вода. Мне почему-то кажется, что это как-то связано.

— Мне вот интересно, почему они до этого не додумались, — сквозь зубы сказал Рубцов.

— Что по провианту у вас? — спросил я барона.

— Плохо всё, — вздохнул он. — Приходится втридорога покупать у соседей.

— Допустим, мы можем возить его из Трейдена, — предложил я.

— У меня деньги не бесконечные, казна почти пуста, — ответил он, разводя руками.

— Хорошо, я подумаю, что можно сделать.

***

Вечером состоялся пир. Была куча народу. Как мне объяснила Анжелика, в Вольных баронствах все были баронами. Так что был самый баронистый барон отец Анжелики. В общем, барон барону рознь. Один важнее, другой — менее важен. Но титул у всех одинаковый.

Мы сидели за столами, пили, ели. Валерка, по-моему, попал в свой персональный драконий рай. С кучей плюшек, пирожных, пирогов и ещё какой-то непонятной фигни, которую я первый раз видел. Он пробовал всё подряд, не останавливаясь, и Инна едва успевала подливать ему компот.

Когда первый голод был утолён, все стали передвигаться по залу ради общения.

Ну и в какой-то момент к нам с Анжеликой подошли трое молодчиков. Они мне уже пару раз попадались на глаза как особо борзые. Только к одному подойдут — что-то там повыпендриваются, то другой от их присутствия голову в плечи втянет. Типичные золотые мальчики, папенькины сынки, которые привыкли, что им всё сходит с рук.