Свои минусы и плюсы были, конечно, везде. По крайней мере, для нас. В первом варианте они передерутся, и потом можно будет приходить и брать их тёпленькими. То, что они договорятся, я не верил вообще, насмотревшись на эту публику ещё у Рубцова. Плохо было лишь то, что польются реки крови.
Во втором же варианте плюс был только в том, что мы попытаемся не допустить драки. Вопрос только: как? Против пришлых скорее всего все, наоборот, объединятся.
Вилы.
Я почесал затылок и посмотрел на Валеру. Он сидел, насупившись, и потихоньку жевал какую-то плюшку, которую припрятал в кармане. У меня мелькнула мысль, что он, возможно, не совсем понимает, какие последствия могут быть у его поступка. Ему было всё равно, кто и как будет делить власть, лишь бы на столе было что-то сладкое. Такой подход нельзя назвать стратегическим.
— А кто говоришь, твоя спутница? — уточнил я как бы между делом, отвлекаясь от своих размышлений. Мне нужно было время, чтобы обдумать все варианты, и я решил перевести разговор на другую тему.
— Да я её в деревне нашёл, — ответил Валера, оживляясь. — Она там одна жила. Барон всех людей из деревни забрал, а она осталась. Вот и наткнулась на меня в лесу, когда спасалась от волков. Я её подобрал, помог, а она помогла мне ориентироваться.
— Ммм… — промычал я, лихорадочно соображая, что делать.
— Нет, — сказала Амалия, которая слушала наш разговор, скрестив руки на груди.
— Что нет? — спросил я, удивлённо повернувшись к ней.
— Мы не станем так делать, — ответила она, и в её голосе послышалась твёрдость.
— Что делать? — уточнил я, чувствуя, как внутри меня начинает закипать раздражение.
— Эта девочка — крестьянка, — сказала Амалия, делая шаг вперёд. — И сажать её на баронство нельзя. Это просто будет дурдом. Нельзя так рисковать.
— Конечно, нельзя, — ответил я, чувствуя, как в моей голове начинает вырисовываться новый план.
— Да? — удивилась Амалия, и в её голосе послышалось искреннее удивление. Она явно ожидала, что я буду спорить.
— Да, — кивнул я, встречая её взгляд. — Но мы рискнём…
Глава 16
— Чья это дочь? — спросил меня управляющий.
— Барона Трофимова, — не моргнув глазом, сказал я. Голос мой прозвучал ровно и спокойно, будто я сообщал о погоде, а не о том, что внебрачная дочь покойного барона сейчас сидит в соседней комнате.
— Да ну? — в его словах так и сквозило неверие, даже больше — откровенная насмешка. Олег Владимирович Кувшинин, управляющий, был мужиком тёртым, видывал всякое, и сказки про тайных наследников, объявляющихся из ниоткуда, наверняка уже слыша. Он откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди, и его взгляд стал тяжёлым.