Сопротивляясь его власти, встряхиваю головой и перебрасываю косу вперед.
Самоуверенный взгляд мужа скользит уже по ней.
Мы шаг за шагом приближаемся. Я раз за разом повторяю себе же, что иду ставить бутон в вазу. Он внимательно слушает собеседника, отвечая парочкой «угу».
Когда между нами остается совсем чуть-чуть, задерживаю дыхание и ускоряюсь. Появилась такая... Привычка.
Почти успеваю обрадоваться тому, что "проскочила", но из-за спины мою талию обхватывает сильная мужская рука.
После короткого:
– Перезвоню, – телефон с грохотом летит на подвернувшуюся консоль, а Бахтияр разворачивает меня и вжимает спиной в стену.
Я одними губами шепчу:
– Мне надо розу в вазу поставить.
Но мужу плевать. Его пальцы уже пытаются достать подол рубашки из-под пояса моих джинсов, а губы, обжигая мои, то ли хвалят, то ли защелкивают капкан:
– Коса такая красивая у тебя, Нармин-ханым. В школе никто за нее не дергал?
Глава 36
Глава 36
Нармин
За месяц давать оценку происходящему быстро я, слава Аллаху, научилась.
Тело реагирует ускорившимся пульсом. Мозг – красными вспышками предупреждающих значков.
Бахтияр выдергивает рубашку из-под пояса моих джинсов. Его пальцы быстро бегут по пуговицам, пока я возмущенно дышу, а карие глаза смотрят в мои с игривым превосходством.
А может быть совсем не игривым. И не превосходством вовсе, а четким знанием –он в своем праве .
Опомнившись, быстро стягиваю с рук перчатки и отбрасываю их вместе с таким вроде бы важным для меня бутоном.
Пытаюсь отцепить пальцы мужа от верхних пуговиц, но он этого даже не замечает. Расстегнув, расталкивает ткань и, присев, вжимается губами в мой голый живот.
Букет из поцелуев расцветает вокруг пупка и ползет выше под грудь по россыпи родинок.
Я пытаюсь справиться сразу и с оцепенением и с сильным выбросом тепла, которому мало места в моем теле.
В действиях Бахтияра столько страсти, порыва, нежности, что это не оставляет ни единого шанса. Мне сложно не терять с ним голову, хотя делать это я себе не раз категорически запретила.
Мои ладони упираются в мужские плечи, а его пальцы расстегивают пуговицу уже на джинсах.
Бахтияр пытается сдернуть их, я резко трезвею.
Сжав щеки мужа, тяну лицо вверх.
Он уступает, но ладонь все равно скользит под джинсы. Пальцы гладят лобок сквозь тонкую ткань, а глаза прожигают в моем лице алчные дыры.
Из моего горла невнятным бульканьем выходит:
– Бахтияр, я в земле. –А ты ночью и так трижды свое взял! Мало, что ли?
Во мне отчаянно борются страхи, желания, мысли и чувства. Чего он хочет – предельно понятно. Я должна подчиниться, но всё равно пытаюсь найти лазейку.