Раиль проводит для нас с Марьям-ханым экскурсию по будущему розарию. На плодородной земле в часе езды от Баку расположена целая череда ангаров. Раньше здесь находился логистический хаб Теймур-Аз. Тут хранили металл, плитку, стекло и технику для стройки, но они пустуют вот уже несколько лет, потому что многие проекты успешко закончены. А теперь пустовать перестанут.
Раиль рассказывает про разделение разных температурных зон. Способы управления светом и замерения влажности.
Согласно разработанной бизнес-стратегии, за пять лет розарий должен выйти на прибыльность и достичь годичного оборота в два с половиной миллиона долларов.
Марьям-ханым тоже участвует в разговоре. Её интересует маркетинг, соцсети и будущий бренд. Возможно, сеть розничных магазинов. И, Аллах, даже выход азербайджанской розы на международный рынок.
Их размышления кажутся такими масштабными, уместными, глубокими, что я уважаю их ещё сильнее. А вот собственные мысли разбегаются по пространству. Я ловлю себя на том, что в эту секунду мне дико не хватает руки, которую можно было бы сжать, чтобы пол не качался под ногами.
После того, как в наших с Марьям и Раилем головах темный ангар уже превратился в первую из трех возможных розовых оранжерей, мы садимся в машины и едем обратно в Баку на встречу с человеком, который займется для нас выведением будущей фирменной азербайджанской розы.
Мы любим свое. Свой чай, свою культуру, свой язык, свою музыку и свои танцы. И цветок свой мы тоже полюбим. В этом не сомневается никто.
Процесс выведения нового сорта занимает не дни и даже не годы. В среднем, на выведение уходит от пяти до десяти лет. Видит Аллах, это для меня непозволительно долгий для планирования срок.
И я почему-то всё привязываю к браку с Бахтияром. Что будетс нами через пять лет? А через десять? Мы родим одного общего ребенка и остановимся? Друг к другу остынем? Станем раздражать? Он будет иметь контакты на стороне? Это будет доставлять мне душевную боль?
Мне то и дело хочется углубляться в размышления онашем будущем, но я каждый раз себя обрубаю, боясь испытать боль не когда-то потом, а уже здесь.
Поэтому лучше я буду думать о будущем розы.
Встречу со специалистом, прилетевшим к нам из Голландии, мы проводим в центральном офисе корпорации Теймур-Аз.
Я впервые попадаю в высотное стеклянное здание, которое возвышается над городом сияющей глыбой.
Просторный холл здесь жужжит перемалывающей зерна кофемашиной и пахнет эвкалиптовой чистотой. Пол под каблуками блестит темным мрамором. Над стойкой рецепции медленно переливается огромный золотистый логотип компании Теймур-Аз. А люди снуют, образуя собой вежливый, быстрый, негромкий, но такой хаотичный улей!