Глава 21. Возврату не подлежит
Площадь встретила их шумом, который каменные стены ратуши удерживали снаружи. Кто-то кричал, что у него пропала дверь. Кто-то отвечал, что дверь не пропала, а находится у фонтана. Третий голос требовал не ставить на неё ноги, потому что дверь, возможно, всё ещё относится к жилому помещению.
Праздничные флаги висели между домами, как следы былого оптимизма. Посреди площади торчала каменная арка, которой утром не было. Рядом из мостовой поднялась половина старой станции весов: две колонны, кусок крыши и стол с тяжёлыми чашами. У фонтана лежали кирпичи, оконная рама и три рулона земной туалетной бумаги, один из которых успел размотаться вокруг статуи основателя города. Сам основатель выглядел так, будто подобного будущего не предусматривал и был оскорблён до глубины души.
Стража оттесняла людей к краям площади. Верёвки натягивали вокруг трещин, старых конструкций и всего, что продолжало тихо светиться. У одной из чаш весов стоял мужчина в праздничном жилете и спорил со стражником.
— Я только проверю, насколько точные!
— Нельзя!
— Почему? Это же весы!
— Они появились из-под земли десять минут назад.
— Тем более интересно!
— Отойдите!
— Я заплачу!
— Это не какое-то платное развлечение!
— Тогда почему вокруг очередь?
Стражник посмотрел на людей, которые действительно выстроились за мужчиной.
— Очереди нет.
— Но мы стоим!
— Теперь не стоите. Все отошли!
Мужчина сделал шаг назад и немедленно наступил на табличку «НЕ ПОДХОДИТЬ». Стражник закрыл глаза, видимо пытаясь вспомнить, разрешено ли по уставу охранять людей от них самих.
Гронт оценил площадь одним взглядом.
— Северный край перекрыть! Людей из домов вывести, пока Орвин не проверит стены. К ратуше никого не пускать! Всё, что лежит отдельно от здания, не считать свободным имуществом!
Последнее распоряжение пришлось повторить громче, потому что женщина у фонтана уже пыталась унести дверную ручку.
Мира передала Велла двум стражникам. Он шёл сам, с прямой спиной и связанными руками, но при виде арки остановился. На лице снова появилось выражение человека, которому показали неправильно собранный отчёт.
— Северная линия не должна была захватить площадь, — сказал он.
Мира даже не повернулась.
— Ваше заключение примут вместе с остальными показаниями.
— Я могу указать, какие узлы ещё нестабильны!
— Орвин уже указывает.
— Он видит следствие, я знаю структуру!
Гронт подтолкнул Велла вперёд.
— А город теперь знает последствия!
Велл хотел ответить, но в этот момент одна чаша старой весовой опустилась сама. Вторая поднялась, на ней вспыхнула надпись: