— Жаль.

Однако интерес к бывшим друзьям Алекс проявлял:

— Я звонил пару раз Лексу, и Олегу звонил, вроде все у них нормально. Лекс говорил, что он летом на море наконец поедет.

— Ну да, ко мне сюда. Его отец и наш директор школы решили устроить тут лагерь. Давай и ты приезжай, будет весело. Море, лето, фрукты, приключения! На тренировку сходишь к нам, посмотришь, что и вдали от Москвы есть жизнь. Замутим что-нибудь интересное.

— А когда? — заинтересовался Алекс.

— Вообще — в июне, но старшие подтянутся в июле: у кого экзамены, у кого поступления. В августе все точно соберутся.

— Спасибо, я подумаю. Если честно, мне тут ужасно скучно. Дом, конечно, большой, красивый, но я порой жалею, что переехал. А ты прям возле моря живешь, что ли?

— Да, километр до него идти, — я это сказал, представив, что живу в своем доме, оттуда до моря один километр, не больше. — А от школы до моря метров двести пятьдесят.

— Круто! Я уже хочу!

Опять прозвучал фоном голос его отца.

— О, я уже от бати одобрение получил. В августе, говоришь? И Лекс будет? Отлично!

И с чего парни взяли, что Алекс зазнался? Он остался таким, как был.

Простившись с ним, я набрал Каналью, зная, что он до десяти не спит. Настораживал меня Миха. Вроде бы все понятно с ним, но чуял я, что о чем-то он не договаривает.

Например, где все, нажитое непосильным трудом за двадцать восемь лет? Как я понял, женатым он не был, детей у него нет — следовательно, оставить заработанное некому. Со слов Ирины, он работал до изнеможения — но где результат? Все, что у него было за душой — огрызок жульки-двойки. Причем, это я услышал уже под вечер, приехал Миха не из забитого села, а из областного центра, где влип в некрасивую историю, его подставили и он нажил врагов.

Как бы те враги не пришли по его душу, мало ли что он там натворил. Может, сам нарвался, а всем врет. Вот и пришлось ему бросить все и бежать. Взрослый я встречал нескольких похожих людей — они именно бежали. Один — от долгов, второй — от сожительницы, у которой сгорел дом после того, как тот отремонтировал там проводку. У пострадавшей было три брата, двое при бандитах крутились и решили отомстить за сестру.

— Здравствуйте, — осторожно спросил Каналья. — Кто это?

— Привет, я почти по делу.

— Ну, здравствуй, Паша! — Мне показалось, что сказал он это с облегчением. — Что у тебя?

Фоном прозвучал женский голос, затарахтело — видимо, Каналья закрыл трубку ладонью и что-то ответил даме. Потом вернулся ко мне.

— У меня тут гости.

— Ясно. Буду краток. Вижу, ты все-таки взял на работу Михаила. Настораживает он меня. Что можешь о нем сказать?