— А если и их перебить? — размечтался Илья.

— Слишком много заинтересованных лиц, — ответил я. — И тут, и в Лондоне. Напрямую они не вмешивались, по крайней мере, данных о разведчиках у меня нет, но деньги отмывать помогали. Но если подохнут все российские мрази, кто на этом наживался, а потому не давал закончить войну на наших условиях, возможно, все закончится куда быстрее, и многих жертв удастся избежать.

— О чем вы там шепчетесь? — на весь автобус прокричала Лихолетова. — Такие увлеченные! Мы тоже хотим.

Я перевел взгляд на Гаечку и Алекса, они уселись рядом, Алекс всячески старался разорвать дистанцию, Саша цепенела и выпучивала глаза каждый раз, когда он задевал ее плечом или касался ногой. Он это видел и сразу же включал заднюю.

— Мы говорим о нашей мафии и о том, кто займет роль папы, когда Березовский умер.

— Он — главарь мафии? — округлила глаза Лихолетова.

— Я бы поостерегся такое болтать, — посоветовал Алекс, который знал поболее нашего.

— Чего нам бояться? Гласность ведь, то-се, — возразил Памфилов и крикнул: — Ельцин — кусок алкашеского дерьма! Березовский — свинорыл.

Я шепнул Илье:

— Есть мнение, что именно Гусинский заказал Листьева, который работал на Березу и прищемил ему яйцо. Вот и посмотрим.

— А когда убьют Листьева? — поинтересовался Илья едва слышно.

— В течение двух лет. Помню, это точно были старшие классы, к нам придет новенькая, девочка Влада, влюбленная в него, и она будет страдать. И еще помню, что было холодно, в том числе в школе. То есть это зима, конец осени или начало весны.

— Давай ему письмо напишем, предостережем? — предложил Илья. — Нормальный вроде мужик.

— Березы нет, теперь не факт, что убьют. Да и что ты напишешь? Знаешь, сколько таких умников? Шизики и пророки новоявленные. Никто их не слушает, никто внимания на них не обращает. Тем более, точную дату и даже год я не помню. Скорее всего, следующий.

— Жаль.

— Да, знал бы прикуп, жил бы в Сочи. И еще без Березовского Ельцин может проиграть на выборах, и вот это точно будет точкой бифуркации.

— Классно!

— Не знаю. Наверное. На его место приходить некому, все такие же гнилые твари.

— Давай тебя выдвинем? — предложил Илья.

— Мне будет семнадцать, маловато. И не хотелось бы. Я не умею командовать людьми.

— Да ну? — усмехнулся Илья.

— И не люблю, — добавил я.

Мои одноклассники политикой не интересовались, потому тема быстро заглохла.

Да и мои мысли переключились на насущные проблемы. Первое: заехать к Лялиным, забрать свои деньги, поинтересоваться, как дела. Второе: метнуться на стройку, поговорить с Сергеем и узнать, как скоро мы с Борей сможем переехать. Пока он живет в моей двухкомнатной квартире, а свою наверху делает. Как только доделает, так и переселимся.