Я скосил глаза на Гаечку. Скоро станет ясно, для кого она все это время играет роковую женщину. Почему-то мысль о том, что — для меня, уже не отталкивала. Я увидел в ней равную и в чем-то даже превосходящую, и поймал себя на мысли, что меня это притягивает.
Глава 14 Сердце на цепочке
К костру подошел восставший из небытия Валентин Николаевич. Ребята смолкли, кто-то зааплодировал, издали донеслись хлопки, прокатились по толпе, полминуты — и вот все хлопают, улыбаются, приветствуют директора лагеря. Ден Памфилов воскликнул:
— Слава Валентину Николаевичу! Ура-а-а!
— Ура! — подхватили остальные.
Директор лагеря не ожидал такого приема и смутился. Когда все смолкли, забрал рупор у Илоны Анатольевны и проговорил:
— Спасибо, ребята! Очень приятно…
— Как вы? — крикнули из толпы.
— Как новенький, — улыбнулся он и сменил тему: — Как бы нам ни хотелось, чтобы лето и тепло длились вечно, все заканчивается. Сегодня наша последняя ночь здесь. Еще несколько дней — и вторая смена отправится домой. Потому, дорогие «прогрессоры», постараемся сделать так, чтобы сегодняшний день вам запомнился, и вы пронесли его через всю жизнь в копилке лучших воспоминаний. Надеюсь, вы получили новые впечатления, обрели полезные навыки, стали сильнее и быстрее, но главное — встретили новых друзей, а может, и свою любовь.
Я скосил глаза на Желткову и Чумакова, держащихся за руки. После этих слов они прильнули друг к другу боками.
— Потому веселимся до упада! Объявляю пространство свободы, равенства и братства!
На миг показалось, что и Валентин Николаевич умеет внушать, либо он эмпат — его воодушевление передалось мне, появилось щемящее чувство скорой утраты и желание отрываться, брать от жизни все.
Вряд ли я так же беззаботно проведу август — нужно делать дела, и этот недельный отпуск — и правда самое приятное, что случилось со мной за последнее время.
Илона Анатольевна поднесла рупор ко рту:
— А теперь — торжественное закрытие спортивного лагеря! Помните, я просила собрать хворост или что-то, что хорошо горит? Сейчас вы узнаете зачем. Возьмите свой хворост и подойдите к костру. Нам нужно накормить огонь. Делаем это по команде.
Кто-то отнесся к заданию дисциплинированно и держал ветки при себе — например, Ия Киселева, Ян и младшие девочки. Старшие все забыли и потеряли, потому засуетились в поисках чего-то горючего. Я приготовил пучок сухой травы и подсказал рыщущей рядом Гаечке:
— Этого будет достаточно.
Она кивнула благодарно, метнулась к полянке, нарвала травы и повернулась к кострищу. Точнее, к месту, где был костер, окруженному отдыхающими. Илону Анатольевну с рупором тоже закрыли. Однако ее голос разнесся над пляжем: