Женя: Во сколько едем к домовому?

Ева несколько секунд хлопала глазами, не решаясь поверить. Особенно когда почти сразу появилась системная надпись о том, что Лика и Валера печатают.

Лика: Тот же вопрос. Валера: Всем привет. Присоединяюсь.

Как будто и не было вчерашней ссоры. Вот только она ведь была.

Ева: Я уже еду к метро. С мамой.

Ребята ничего не ответили, и она спрятала телефон в карман. Все-таки призрак вчерашней ссоры все еще над ними висел.

На станции у терминалов с билетами Ева резко остановилась, потому что увидела Женьку, что-то буднично листавшего в телефоне. С одной стороны, она ему обрадовалась, с другой – отсутствие Лики и Валеры было показательным.

– Это Женя? – спросила мама, и не успела Ева ответить, как Жаров вскинул голову, заметил их и пошел навстречу.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался он и забрал из Евиной руки пакет с вещами для домового.

Мама за этим проследила, и Ева почувствовала, как щеки заливает краской.

Она же написала в чате, что будет с мамой. Написала же?

– Ты едешь с нами? – нейтральным тоном спросила мама у Жарова, и тот невозмутимо кивнул.

В электричке Ева села рядом с мамой, а Женька устроился напротив них. Он поставил пакет на колени и теперь задумчиво по нему постукивал. Ева смотрела на его руки, и ее то и дело бросало то в жар, то в холод. Что вообще происходит?

Разом забыв о ссоре, она отбила Лике паническое сообщение: «Женька поехал со мной!!!»

И с мамой.

Лика в ответ прислала огненный смайлик и больше ничего не добавила, чем окончательно поставила Еву в тупик.

От станции они шли в молчании. Лишь мама изредка говорила что-то вроде: «Хорошо хоть дорогу расчистили» и «Интересно, попадем ли мы в дом после таких снегопадов?»

Домовой, конечно же, не потрудился расчистить снег во дворе. Да и с чего бы ему это делать? Поэтому мама сходила за лопатой к соседу – тому самому, который нажаловался на то, что их домовой ходит в обносках, – и Женька довольно быстро проделал в сугробе проход от ворот до крыльца.

– Какой полезный мальчик, – вполголоса пошутила мама, когда Жаров расчистил крыльцо и воткнул лопату в снег.

На это Ева ничего не сказала, потому что уже готова была задымиться от смущения.

Мама отперла замок и первой вошла в дом. Ева с несчастным видом посмотрела на раскрасневшегося Женьку и спросила:

– А почему Лика с Валеркой не приехали?

– Лопата все равно одна, – туманно ответил Жаров и кивнул на дверь.

Пришлось зайти вслед за мамой.

В домике было холодно, и мама, обметя с сапог снег, принялась хлопотать у печи. Печь у них была настоящая, хотя при желании можно было бы провести газ и отапливаться батареями. Многие соседи, кстати, так и сделали. Но не Евин папа.