Ничего страшного — просто мокрое дерево, неудачный шаг, потерянное равновесие.

Но Роман среагировал так, будто я падала с обрыва.

Он резко поймал меня, притянул к себе с такой силой, что я буквально врезалась в него всем телом, и только потом я увидела его лицо.

Испуг.

Настоящий. Яркий. Мгновенный.

— Осторожнее, — выдохнул он слишком резко.

Я замерла.

— Роман…

— Смотрите под ноги.

— Я не упала.

— Знаю.

Но плечи у него всё ещё были напряжены, а руки держали меня так крепко, будто отпускать было опасно.

— Вы испугались, — сказала я тихо.

Он посмотрел на меня сверху вниз.

— Да.

— Из-за этого?

— Из-за вас.

Вот так.

Прямо.

Без права спрятаться от смысла.

Я медленно подняла руку и коснулась его щеки. Просто чтобы убедиться, что это не игра, не мужской красивый жест, не ещё один способ быстрее войти ко мне под кожу.

Он прикрыл глаза ровно на секунду.

А потом накрыл мою руку своей.

— Не делайте так больше, — сказал он.

— Как?

— Не выдёргивайте у меня землю из-под ног.

Смешно. Потому что именно этим он занимался со мной с первой встречи.

— Роман…

— Нет, — он качнул головой. — Не сейчас. Не превращайте это в шутку.

Я и не собиралась.

Потому что в этот момент уже понимала: всё стало гораздо серьёзнее, чем выглядело со стороны.

---

Глава 12. Место рядом

Глава 12. Место рядом

Глава 12. Место рядом

Лада.

После озера мы долго ехали молча. Не потому что между нами возникла неловкость. Просто иногда слова только мешают, когда внутри уже и так слишком много всего. Я сидела, глядя на бегущую за окном дорогу, и ощущала на себе остаточное тепло его ладоней — там, где он держал меня, когда я поскользнулась.

Это был не просто испуг. В нём было что-то глубже. Что-то почти болезненное. Слишком быстрое, слишком искреннее, чтобы быть случайностью.

— О чём думаете? — спросил он наконец.

— О том, что вы странно на меня действуете.

— В плохом смысле?

— В опасном.

— Уже лучше.

Я покачала головой.

— Вы всё время переводите серьёзность в почти шутку.

— Это помогает не задохнуться.

Я повернулась к нему.

— Вам правда было страшно?

Он ответил не сразу.

— Да.

— Из-за того, что я чуть не упала?

— Из-за того, что на секунду представил, как вы падаете, а я не успеваю.

Воздух в машине будто стал плотнее.

— Это ненормально для человека, которого вы знаете меньше недели.

— Возможно.

— И вас это не смущает?

— Смущает. Но не настолько, чтобы я начал делать вид, будто это не так.

Вот что в нём было хуже всего: он не избегал неудобных истин. Не бежал от собственных чувств, даже если они выглядели слишком быстрыми, слишком тяжёлыми, слишком взрослыми. А я всю жизнь именно этого и боялась — мужчин, которые входят в чувство не через игру, а через право. Через серьёзность. Через выбор.