— Почему ты так смотришь? — не выдержала я.
— Хочу запомнить.
— Что именно?
— Тебя в своей квартире. На своей кухне. С моим ножом в руках и соусом на запястье.
Я опустила взгляд. На внутренней стороне запястья действительно осталась маленькая рыжеватая полоска. Роман поднялся, обошёл стол и, не спрашивая, взял меня за руку.
— Стой смирно.
— Это ещё зачем?
— У тебя соус.
— И?
Он наклонился и медленно слизнул его с кожи.
Я перестала дышать.
Просто мгновенно.
Не от пошлости — в этом как раз ничего пошлого не было.
От интимности.
От того, как неторопливо, спокойно и уверенно он это сделал, будто имел право на любую мою мелочь, если она попала в поле его внимания.
— Роман, — выдохнула я.
— Что?
— Иногда мне кажется, что ты издеваешься.
Он выпрямился, глядя на меня сверху вниз.
— Нет.
— Тогда почему ты делаешь такие вещи?
— Потому что хочу.
Честно.
Опять.
И опять в точку.
После ужина я думала, что мы, может быть, хотя бы попытаемся посмотреть фильм. Или поговорить. Или сделать вид, будто взрослые люди умеют останавливаться после кухонного поцелуя. Но Роман, очевидно, не принадлежал к тем, кто любит искусственные паузы.
Он просто подошёл, когда я ставила чашки в мойку, развернул меня к себе и сказал:
— Идём.
— Куда?
— Ко мне.
— Это что за приказной тон?
— Это не приказ. Это констатация.
— А если я не хочу?
— Хочешь.
Я смотрела на него и ненавидела то, что он опять был прав.
— Ты ужасный мужчина, Ветров.
— Но любимый.
Я открыла рот, чтобы возразить, — и не смогла.
Потому что «любимый» прозвучало не как игра. Не как красивая случайность. А как уже внутренне решённый факт.
И, кажется, именно это напугало меня сильнее всего.
---
Глава 24. Без страховки
Глава 24. Без страховки
Лада.
Первое «любимый» нельзя произносить вот так. Не между чашками в мойке и недоеденным салатом. Не после соуса на запястье. Не таким голосом, будто слово уже давно лежало у него на языке и просто дождалось удобного момента.
Я замерла.
Он тоже.
На долю секунды в кухне стало слишком тихо. Даже холодильник будто перестал гудеть.
— Что ты сказал? — спросила я тихо.
Роман смотрел мне в лицо без малейшей попытки уйти в шутку.
— Ты слышала.
— Это была оговорка?
— Нет.
У меня внутри будто кто-то резко дёрнул за невидимую нить. Не больно. Но сильно. Как от слова, которое приходит раньше, чем ты готова его принять.
— Ты не можешь так говорить.
— Почему?
— Потому что… — я осеклась. Потому что потому. Потому что рано. Потому что страшно. Потому что я ещё не успела привыкнуть к масштабу того, что между нами уже происходит, а он опять делает шаг вперёд без страховки.