Я не передумала.

Его поцелуй был горячее, чем в прошлые разы. Тише снаружи — глубже внутри. Без суеты. Но с такой плотной мужской жаждой, что у меня уже через несколько секунд ослабли все внутренние крепления.

Я сама подалась к нему. Сама взялась за ворот его рубашки. Сама впустила его ближе, чем собиралась.

— Лада, — выдохнул он мне в губы.

— Не останавливайтесь.

После этого всякая иллюзия правил закончилась.

Он поднялся первым и потянул меня за собой. Я запуталась в пледе, почти наступила на край, тихо ругнулась, а он вдруг коротко усмехнулся — и это на секунду вернуло в реальность.

— Осторожнее.

— Не надо сейчас быть разумным.

— Поздно.

Он подхватил меня на руки так легко, будто не заметил веса, и понёс к дивану. Я обняла его за шею, пряча лицо в изгибе между шеей и плечом, потому что от близости уже кружилась голова.

— Вы ведь нарочно всё это устроили, — пробормотала я.

— Да.

— И не стыдно?

— Нет.

— Чудовище.

— Ваше.

От этой короткой, спокойной фразы внутри всё стянулось сладкой болью.

Он опустил меня на диван и замер над мной, удерживая взглядом. Не касаясь пока. И это оказалось почти невыносимо.

— Скажите, если не хотите, — сказал он тихо.

Я приподнялась на локте.

— Если бы не хотела, давно бы уже сбежала.

— Это не ответ.

— Это честнее, чем «да».

Он посмотрел на меня так, будто уже на этом моменте был наполовину сломан.

— Хорошо, — произнёс он. — Тогда без правил.

И вот после этого я действительно перестала понимать, где у меня заканчивается дыхание и начинается кожа.

Он целовал так, будто всё это время ждал не только моего согласия, но и момента, когда можно перестать держать дистанцию. Его руки были везде — на талии, спине, шее, бёдрах. Не грубо. Но с той самой уверенностью, от которой во мне всё плавилось в ответ. Он не спрашивал лишнего. Он слушал телом.

И я отвечала.

Сама.

Всем, чем могла.

Когда его ладонь скользнула под мой свитер, я вздрогнула так сильно, что он тут же оторвался от моих губ и взглянул в лицо.

— Замёрзли?

— Нет.

— Тогда почему дрожите?

— Потому что вы слишком…

— Какой?

— Не останавливаетесь.

Угол его рта чуть дёрнулся.

— А вы хотите, чтобы я остановился?

Я не ответила.

Просто сама стянула через голову свитер.

На секунду между нами повисла тишина.

Только огонь. Только наше дыхание. Только его взгляд — такой тяжёлый, тёмный, почти болезненный, что мне захотелось прикрыться.

— Не смейте так смотреть, — прошептала я.

— Как?

— Будто я сейчас сделаю вам хуже.

Он медленно провёл пальцами по моему плечу.

— Вы уже сделали.

— Чем?

— Тем, что я больше не хочу отступать.

Господи.

Я потянулась к пуговицам его рубашки. Неловко. Быстро. Он поймал мою руку и поцеловал запястье.