— Это хорошее дело! — воскликнула Даша. — Я бы тоже не отказалась от наследства. Жаль девушкам оно не полагается, если в семье есть сыновья. Ужасная несправедливость, как по мне. И много тебе завещано?

— Да без понятия. Земля где-то на севере.

— Далековато. Значит, на север уедешь, да?

— Мне бы вначале получить её, — рассмеялся я, — а то что-то мне подсказывает, братья не очень-то захотят делиться. В общем, пока рано говорить. Но если дело выгорит, поедешь со мной?

— Хм... надо подумать, — проговорила Даша с иронично наигранным сомнением. — Там холодно. Это ты ведь у нас не мёрзнешь. А я предпочитаю края потеплее.

— Вот как? Ну не переживай, я тебя буду греть, — обещал я, — особенно по ночам.

— Ну если так... тогда другой разговор.

Так мы и болтали ни о чём, пока не добрались до деревни. Близился вечер, солнце уже почти закатилось за холмы — следовало подумывать о ночлеге.

К нашей радости дома оказались не сожжены. Скорее всего, сюда кочевники не добрались. Но дым из труб не шёл, значит, деревня пустовала. Когда въехали, обнаружили на дороге два занесённых снегом трупа. Я осмотрел их: оба имели укушенные раны.

Первой оказалась женщина, второй — мужик с щуплой бородёнкой. Его шея и лицо были фактически разорваны острыми длинными зубами. Когда я смахнул снег, на меня смотрела чернеющее задеревеневшее месиво с обломками лицевых костей. Я сидел на корточках и осматривал следы. Не похоже, что дикие звери постарались.

— Моры, — я обернулся к Даше, которая находилась в седле. — Надо быть внимательными. Они могут быть где угодно.

— Следов нет, — Даша вглядывалась вдаль. — Наверное, ушли.

— Не факт. Могли где-нибудь застыть. Нападут в самый неподходящий момент. Надо осмотреть деревню и дворы.

Тут и дружинники нагнали нас. Я высказал Гордею свои опасения. Ехать дальше сегодня уже смысла не было, и потому решили заночевать здесь.

Осмотрели деревню. Она была небольшой — одиннадцать дворов. Мор не нашли, зато наткнулись ещё на пять изуродованных трупов. Они очень долго тут лежали, но благодаря крепким морозам, неплохо сохранились.

Заночевал наш отряд в двух избах. Мы с Дашей — в одной, остальные — в соседней, которая была побольше. В сараях нашли хворост, дрова, даже корм для лошадей имелся. Жители бросили свои дома, оставив почти всё имущество.

Пока мужики и дружинники занимались кормёжкой лошадей, я тоже без дела не сидел. Растопил печь и отправился к ближайшему колодцу, чтобы натаскать воды.

На улице темнело. Солнце закатилось за холмы, но его прощальные отблески ещё освещали вечернее небо. Я дотащился до колодца по протоптанной нашими тропинке. Стал опускать вниз ведро, и тут взгляд мой упал на чёрную фигуру, которая стояла в конце улицы возле зарослей. В сумерках она почти сливалась с деревьями, и я не сразу разглядел её.