Марта побледнела.

— Наёмники? — выдохнула она. — Твою мать…

— Именно, — мрачно кивнул Гаррет. — Серые назначили награду за каждого сопротивленца и остались сторожить периметр. Грязную работу отдали «Псам». — Он с отвращением сплюнул на бетонный пол. — Эти твари мать родную на органы пустят, если цена подходящая.

Не успел он договорить, как с западной стороны цеха раздался оглушительный взрыв. Стена содрогнулась, и в образовавшийся пролом хлынули фигуры в тактических костюмах — на плечах нашивки с оскаленной волчьей мордой.

— К выходу! — крикнула Марта, выхватывая пистолет. — Прорываемся группами!

Порядок рухнул в одно мгновение. Воздух взорвался грохотом выстрелов, визгом рикошетов и хриплыми криками. Пули впивались в стены, высекая бетонную крошку. Дым от разрывных гранат пополз по полу серыми змеями.

Гаррет буквально преобразился на моих глазах. Старик исчез, а на его месте возник самый настоящий хищник со звериным оскалом. Его движения стали размытыми и неуловимыми для обычного глаза, а нож в его руке превратился в серебристую полосу.

Двое наёмников, уже нацелившихся на нас, вдруг замерли с остекленевшими глазами. Один медленно повернул оружие на своего товарища и спустил курок. Второй с диким криком бросился на третьего, вцепившись ему в горло. Гаррет даже не смотрел в их сторону — он уже скользил между телами павших, приближаясь к следующей цели.

Я никогда не видел, чтобы кто-то так мастерски использовал ментальные приказы в бою. Гаррет не тратил времени на слова — один его взгляд, и противники превращались в марионеток. Те, кого защищали амулеты, получали ментальный удар такой силы, что хватались за головы, теряя ориентацию.

— Макс! Кристи! К северной стене! — прокричал он, проносясь мимо очередного противника. Тот вдруг замер, развернулся и открыл огонь по своим.

Мы рванули через эпицентр схватки, перескакивая через перевёрнутые ящики и поваленное оборудование. Кристи еле держалась на ногах — лицо белее извести, глаза запали, на верхней губе выступил пот. Телепортация выпила её досуха, не оставив ни капли эфира.

Я тащил её, пригибаясь под летящими пулями и задыхаясь от порохового дыма. Рядом с нами рухнул один из бойцов Марты, его затылок превратился в алое месиво. Меня обдало тёплыми брызгами.

Дорога к северному выходу оказалась перекрыта. Пятеро наёмников загоняли нас, как волки — добычу, методично сжимая кольцо. Они работали слаженно, профессионально, закрывая все пути к отступлению. Их перекрёстный огонь прижал нас к стене.

— Брать живыми! — рявкнул кто-то в их отряде. — За мальчишку двойная цена!