На этой же ступени находятся боевики — своя личная охрана. Вооружённые люди, которые защищают территорию от нападений, убивают, крышуют, занимаются рэкетом. В случае войны они солдаты наркокартеля — те, кто будет воевать в первый рядах.

Четвёртая ступень — лейтенант. Управляет боевиками, дилерами и кладовщиками на своей территории так, как считает нужным или как скажут. Он может принимать решение об устранении кого-либо, если только это не кто-то из важных людей типа детектива, главы банды, кого-то влиятельного и далее по списку.

Я нахожусь примерно между третьей и четвёртой ступенью. Мы вроде как солдаты, наравне с остальными, но ставит нас лейтенант выше их. И доверяет больше, чем им, из-за чего может доверить более важные дела, которые требуют конфиденциальности.

Ну и пятая — наркобарон.

Эта структура, насколько я знаю, отличается от структуры в Мексике или Кубе, так как наши реалии другие.

И смотря на неё, можно увидеть отличный карьерный рост, учитывая тот факт, что я перескочил множество ступеней в их иерархии и приблизился если не к вершине, то близко к ней, когда многие остальные не поднимались выше дилера. Можно сказать, что будь у меня такие запросы, как у местной детворы, то я бы добился от жизни больше, чем просто всё.

Был ли я рад? Будем честны, у меня теперь были деньги и не было проблем с местными хулиганами в школе, которые после пропажи червя сразу же перестали меня трогать. Просто никто не подходил весь месяц, в упор игнорируя меня, будто я был пустым местом. Это был плюс.

Минус — я снова был обычным криминальным элементом, словно мне на судьбе было написано оставаться таким всю жизнь. И как бы я ни обещал себе, что потом выйду, было непонятно, как лягут карты. На этот раз я встрял куда глубже. Тогда я был наёмным свободным рабочим, но теперь был частью структуры, откуда выйти довольно тяжело.

Особенно когда идёт война.

Что такое война наркокартеля с другими? Что вообще должны представлять люди, когда слышат это?

Тут каждый может ответить по-разному, в зависимости от того, что он представляет под этим. Это зависит от места, где он живёт, смотрит ли фильмы, читает новости и вообще связан ли с этим всем делом.

Для одних это небольшие разборки банд, и то мелкие: кто-то в кого-то выстрелил, кто-то убежал, машину взорвали, кого-то у дверей расстреляли, сожгли дом, изнасиловали любимую собаку. Мелкие перестрелки, которые здесь обыденности, наравне с проезжающими машинами, собирающими по утрам мусор. Так, события мелкого города, которые просто есть.

Для других это может выглядеть как война наркокартелей в Латинской Америке. Там целые города находятся под властью наркобарона, и их личная армия может составлять до нескольких тысяч человек. Если там воюют, то воюют по-крупному, с применением иногда даже тяжёлой военной техники. Восемьсот боевиков в городе только с одной стороны, которые иногда схватываются с домами или даже правительством — это норма. Там война превращается в реальную войну с огромными жертвами.