Я устал!

Сделал паспорта, обналичил часть и свалил. А флешка… О, флешка — это чистая случайность. Мой рефлекс прихватить то, что плохо лежит. А на ней оказались пароли и счета с офшоров. Не мои. Его. Я даже не знал, что на ней, пока не открыл ее в Каракасе. Это был мой смертный приговор и золотой билет в одном флаконе.

Я мотался по миру, путал следы и осел здесь.

Бразилия оказалась идеальным место. Тихим и спокойным если есть деньги. А коррупция такая, что за деньги тебе найдут что угодно и мать родную продадут.

Но было один нюанс, эта вилла, кроме отменного вида на океан, еще была ловушкой, и возможно моей могилой. Идеальной, сделанной на заказ. Местные спецы за хороший гонорар заложили под фундамент и в несущие стены, в том числе под эту самую террасу столько взрывчатки, что хватило бы на небольшой квартал.

— Так что, Саныч? — Лютый докурил и бросил бычок на плитку. — Шеф велел спросить.Флешка где? Отдай по-хорошему. Шеф простит. Может быть.

Я медленно перевел на него взгляд.

— Флешка? — я изобразил удивление. — Ах, эта… Так я ее в океан выкинул. Сразу.

— Не верю, — отрезал Лютый.

— А зря, — я вздохнул. — Знаешь, ты прав. Скучно тут стало. Одно и то же. Океан, обезьяны, карнавалы и бразильские жопы… Спасибо, что приехали. Развлекли старика!

Лютый напрягся. Он не был дураком — понял, что я не шучу. И что я его не боюсь.

— Что ты…

— Ты вот спросил, Вадим, нравится ли мне вид. А я отвечу: вид отсюда просто убийственный. Насладись моментом!

Я видел, как его глаза расширились. Понял, значит. Его рука дернулась к кобуре, а помощники как по команде рванули вперед.

Поздно.

Мой палец уже лежал на маленькой кнопке пульта.

Я нажал.

Взрыва я не услышал. Просто вспыхнул белый свет.

Глава 1

Голова гудела. Сознание возвращалось нехотя, цепляясь за боль и обрывки чужих голосов.

— … говорю тебе, не жилец! Прибил ты его, Семён.

— Молчи, дурак. Дышит он. Ничаго, отойдет! Просто поучил малость. Я ж не со зла…

Голоса были мужские, низкие.

Попытка открыть глаза провалилась. Веки будто свинцом налили.

— … да какая разница, со зла или нет?

— Да он заготовку-то запорол сопляк! Я ему сколько раз показывал, как сувальду точить! А он… Криворукий.

Чего? Сувальд? Какой, к черту, сувальд?

Последнее, что помню как нажимал на кнопку. А этих двух хмырей в упор не помню. Не было их.

— Ты вот что, Семён. Если он до вечера не очнется… надо околоточного звать.

— Я из-за этого щенка на каторгу не пойду. Понял меня?

Секунда тишины.

— И что же делать?

— Что-что… Рогожей вон прикроем в углу. А как стемнеет, вытащим да в канаву скинем. Сироты десятками мрут, ну вот и помер еще один. Коли спросят скажем, сбежал. Мало ли их бегает? А ты, Федор, подтвердишь. Или ты со мной в Сибирь из-за паршивца?