Естественно, что Сашка с Сенькой не остались в стороне. А когда после разминки мы перешли к спаррингам и я показывал основы обезвреживания безоружного противника, так Сашка тут же сам стал канючить, чтобы я взял его в ученики. В принципе я был не против, поставив ему то же условие, что для алеутов — хорошая учеба равняется полученной тренировке.

В конце Феофан заикнулся было о еще одной тренировке в воскресенье, но пришлось его обломать. А узнав о походе в театр, тот тут же принялся напрашиваться с нами. Да и другие алеуты были бы не прочь ознакомиться с культурой империи. Но тут уж я был вынужден им жестко отказать. Мало того, что билеты не дешевы и достать их сложно, так ведь в театре нередко бывает высшая аристократия. А это вам не городовые из провинции и не сосед в Твери — далеко не факт, что я смогу «разрулить» проблему. А то, что проблемы могут возникнуть, я даже не сомневался. Слишком мало еще алеуты понимают об особенностях быта столицы. Особенно Феофан. Вот уж кто прямо притягивает к себе любые неприятности. Но в будущем вполне можно будет их сводить. Через годик примерно. О чем я им и сказал, умолчав о сроках. Правда от еще одной тренировки в воскресенье мне отвертеться не удалось. Феофан смотрел на меня таким «щенячьим» взглядом после моего отказа, что я не выдержал и пообещал прийти утром.

Воскресенье выдалось суматошным. Сначала, как и обещал, сходил до алеутов. Мальчишки тут же увязались за мной, и отказывать я им не стал. Провозился с парнями до обеда, а затем в скором темпе вернулся домой. Надо было успеть покушать, да приодеться.

Сашка с Сенькой были в предвкушении. Ольга тоже сияла улыбкой. Как я понял, она давно не выбиралась в театр, особенно в компании кавалера. Я же больше переживал, как будут вести себя братья. Театр во время спектакля любит тишину. И удержится ли тот же Сашка от возгласов или подбадривания актеров я не знал. Хотя беседу и провел.

Однако волновался я зря. Хоть по лицу подростка и было видно, что он очень переживает за героев, но держал он себя в руках. Не в последнюю очередь из-за того, что при входе в театр впечатлился количеством дворян и статусных чиновников. А такими он считал всех, кто был выше мелкого писаря и занимал хотя бы должность поверенного.

Когда закончились два акта, объявили антракт и мы пошли в буфет. Да и остальные зрители потянулись туда же — обсудить уже увиденное, пропустить чашечку чая или чего покрепче, да перекусить сладким пирожным или иной сдобой.

Заказав мальчишкам по пирогу с брусникой и две чашки малинового чая, а Оле бокал игристого вина и небольшую легкую пироженку, сам я взял себе пару стопок коньяка. Пока делал заказ, мальчишки с Олей заняли нам столик. Первую стопку я махнул «не отходя от кассы». И пока мне наливали вторую, лениво осмотрел зал буфета.