Успеете. Иначе я позабочусь о том, чтобы похоронить ваше карьерное продвижение.
Диспетчер бросился выполнять приказ.
Ю Ки получил небольшую передышку. Собравшись с мыслями, он обдумал ситуацию. Противник действовал грамотно, но от правосудия ему не уйти. По большому счету, надо бы затребовать досье подпольщика, которого должен был ликвидировать Джанкаев. Более того — руководство обязано перебрасывать такие сведения своевременно. В идеале — до начала преследования. Оправданием такой безответственности служит лишь один фактор — стремительность развивающихся событий. Каждый пункт черного списка засекречен. Устранители не пересекаются между собой, не делятся информацией, не раскрывают детали заказов. Это запрещено Кодексом. Причина лежит на поверхности — вероятность утечки. Чтобы добраться до чужого клиента, нужны веские основания и стальные нервы. Потому что грядет столкновение с бюрократическими механизмами. Даже непосредственному начальнику Ю Ки потребуется пара часов на получение допуска.
Блуждание во тьме.
Ни запаха, ни психотипа, ни портрета подозреваемого.
Убийца представлял серьезную угрозу для паранормов Анклава, но почему его включили в черный список? Вряд ли дело в связях с «Рассветом». Обычно таких ребят отлавливают, чтобы допросить и вычислить всю ячейку. Подобными делами занимаются дознаватели. Вероятно, на преступника возложена ответственная миссия, которая идет вразрез с интересами города. Чутье подсказывало Ю Ки, что тут не обошлось без провидцев.
Телепаты начали прибывать.
Диспетчер вывел устранителя из глубокой задумчивости.
Сколько их?
Пока трое, но ожидается пополнение.
Очень хорошо, диспетчер. Если не завалите это задание, я позабочусь о повышении. Помогите мне — и я помогу вам.
Пауза.
Спасибо, устранитель.
Диспетчер выпал из мыслепотока.
На КПП собралось двадцать телепатов, выдернутых из отпусков, пересменков и теплых постелей. Возможно, их премируют. Ю Ки не собирался вникать в детали.
Когда поезд прибыл на платформу, и двери вагонов распахнулись, бригада сканеров обрушилась на пассажиров, выискивая странные образы, запретные мысли и признаки блокировки. Ю Ки сам включился в работу. Он скользил по краю коллективного бессознательного, словно акула у барьерного рифа.
Поток хлынул к турникетам.
Ю Ки всматривался в лица, наблюдал за тем, как держатся мужчины и женщины, как они движутся.Прикасался к эмпатическому фону, пытаясь выявить оттенки беспокойства, страха, целеустремленности.
Тщетно.
Обычный набор эмоций.
Горожане спешили по своим делам. Возвращались с ночных смен, мчались на работу, ехали в поликлиники, выполняли поручения Системы. Мысли крутились в области беспокойства за престарелых родителей, оплаты коммунальных платежей, взятия кредитов, планирования отпусков. Кто-то изменял жене, кто-то всю ночь провел в клубе и хотел спать.