Ощущение чуждого присутствия нервировало. Голодные глаза наблюдали за людьми и готовились к атаке.
Неожиданно лицо Мики просветлело.
Озарение ударило ее электрическим током, пробежалось по телу возбуждающими импульсами.
Решение пришло.
Глеб пристально следил за буро-зелеными зарослями. И не видел выражения лица девушки. Лишь Макабр уловил проблески надежды. Паренек вооружился боевым копьем с широким зазубренным наконечником и массивным набалдашником на противоположной части древка. Копье лежало у ног маленького убийцы. Прямо на истрескавшемся асфальте. А в руках Макабр сжимал помповое ружье — из тех, что в незапамятные времена охотники брали на крупную дичь. Годится в тех случаях, когда нет нужды в точных и красивых выстрелах, а дробь двенадцатого калибра выполняет всю грязную работу…
Туэйн смотрел на Макабра с уважением. Ему доводилось видеть «помпы» в городских боях — ими охотно пользовались некоторые спецподразделения полиции. Если стрелять из такого дробовика «в преднатяг», можно выдерживать хороший темп и не тратить драгоценное время на перезарядку.
Мика сосредоточилась.
И нанесла удар.
Нет, она не стала поджигать лес, рискуя жизнями тех, кто ей доверился. Мика вспомнила, что она еще и криокинетик.
Волна холода прокатилась по шоссе, сковывая мокрый асфальт ледяной коркой. Люди и паранормы завороженно смотрели, как земля покрывается инеем, поваленные деревья примерзают друг к другу, а искусственная зима распространяется еще дальше — в сторону леса.
Трава и кусты начали синеть, затвердевать, покрываться неестественной изморозью. Влага десублимировалась, опутывая растения пушистыми белыми гирляндами. Теперь был четко виден светлый туман, фронт изменений, который подчинялся безжалостной воле девушки из Анклава Хаузера. Воздух наполнялся мертвенным холодом. У тех, кто стоял на передовой, в нескольких шагах от Мики, покраснели уши и кончики пальцев. Из человеческих ртов вырывались облачка пара.
Мертвецы не выдержали.
Асфальт перед нагромождением стволов был взломан щупальцами медляков. Отростки слабеющими плетьми обрушились на дорогу, тщетно пытаясь дотянуться до Мики. Девушка даже не шевельнулась, продолжая смотреть в одну точку. Один из отростков метнулся к ней, но был перебит точным выстрелом Туэйна.
А потом случилось невероятное. Щупальца медляков окостенели. Превратились в сталагмиты, выросшие из скованных стужей недр. Перестали шевелиться, изгибаться, искать добычу… Вслед за этим из кустов донесся утробный рев, но и он захлебнулся в замороженном послеполуденном августе.