Для провидцев существовало одно маленькое, но непреодолимое ограничение — они не могли заглядыватьвперед дальше, чем на двадцать четыре часа. Разумеется, речь шла не о законах физики, барьер выстраивался сознанием постчеловека. Опытные паранормы могли перемещаться в потоке времени по собственному усмотрению, выбирая для посещения часы, минуты и секунды. Локация — весь мир. Работали провидцы по запросам высших функционеров, дознавателей и засекреченных спецподразделений. Внешняя разведка тоже любила заглядывать в завтрашний день. Если поступал запрос, его вначале обрабатывал хронооператор. Для провидца составлялась спецификация — техническое задание, в котором указывались данные отслеживаемого объекта. Иногда заказчиков интересовала суточнаяфутуроспектива , иногда — конкретный отрезок времени. Локации могли меняться, условия наблюдения — тоже. Всё это прописывалось в спецификациях с учетом графика ментальных исследований. Если паранорм пытался пробить суточный барьер, то упирался в стену тумана. Реальность подергивалась помехами или тонула в невразумительной пелене искажений, после чего неведомая сила выбрасывала провидца в настоящее.

«Завтра» умирает всегда.

Главная заповедь провидца.

Нельзя воспринимать прогнозируемую реальность в качестве альтернативной. Это вообще не реальность. Просто набор вероятностей, которые, при определенных обстоятельствах, способны сформировать «сегодня» и превратиться в историю.

Любопытство оказалось сильнее страха перед Системой. Мика приступила к своим экспериментам. Дежа вю и повторяющиеся «сны» недвусмысленно намекали на природу ее дара. Мика начала предсказывать погоду, грядущие новости, действия матери и соседей, поступки одноклассников. В ту пору ей было четырнадцать. Мика училась на пирокинетика и была окружена паранормальными детьми. Огонь — вот всё, чем интересовались ее друзья. Мика училась контролировать страшную стихию, способную натворить много бед. Среди прочих предметов девушка изучала историю пирокинетизма, охватывающую весь двадцать первый век и «ранний период», когда постлюди существовали под жестким колпаком человеческих спецслужб. Случаи «самовозгорания» и «удаленного воспламенения предметов» изредка описывались в газетах, но гораздо чаще эта информация засекречивалась и не подлежала разглашению.

После пандемии и образования Системы сбор статистики поставили на поток. Исследованием вопроса занялся паранормальный институт в Анклаве Хаузера. Поэтому в учебниках фигурировали многочисленные истории бесконтрольных воспламенений. Многое, разумеется, зависело от психики ребенка. Если постчеловек обладал скрытыми комплексами и подсознательно ненавидел себя, существовал риск самовозгорания. Травля со стороны сверстников приводила к печальным последствиям для последних. Сила пирокинетиков различалась, поэтому кто-то поджигал портфель или руку обидчика, а кто обращал в пепел целые кварталы. При этом уничтожение могло занять считанные минуты. Эмоции следовало контролировать — таковы обязательства Системы перед людьми и паранормами. Пирокинетические классы были укомплектованы учителями-телепатами, в задачу которых входил неусыпный мониторинг внутреннего состояния подопечных. Один из наставников вычислил Мику и доложил функционерам о новом провидце.