В груди девушки бушевал такой сокрушительный ураган противоречивых чувств, что ее Печать Ян под ключицей засветилась ярким рубиновым светом.
С одной стороны, от осознания того, что он жив, дышит с ней одним воздухом под этим небом и ходит где-то там, ее сердце колотилось о ребра с такой бешеной, сладкой нежностью, что перехватывало дыхание. А с другой стороны – как он вообще посмел десять с лишним лет шляться неизвестно где, спасать каких-то там женщин(скорее всего), разносить башни и ни разу не подать весточки ей, Тосаке Рин?!
Справедливости ради, он не знал о ней, но это сейчас было не важно.
– Ну погоди же у меня, дурак рыжий... только попадись мне в руки! – мстительно прошептала Рин, сжимая обтянутый кожей перчатки кулак и глядя поверх снежных вершин прямо на юг, в сторону далекой Страны Огня. – Клянусь, первое, что я сделаю, когда найду тебя, – это со всего размаху врежу тебе кулаком прямо по твоей самодовольной геройской физиономии, чтобы ты неделю звезды считал! Потом повалю на землю, схвачу за воротник твоего дурацкого красного плаща и так изнасилую твою глотку поцелуями, что ты у меня задохнешься и забудешь, как дышать и как зовут всех остальных девчонок на свете! А когда отдышишься – врежу еще раз за то, что заставил меня так долго тебя искать!
Спрятав помятый свиток обратно на грудь и решительно отбросив за спину оба длинных черных хвоста, своевольная наследница Страны Железа развернулась к крышам цитадели.
Пусть отец сколько угодно прячет дорожные пропуска и выставляет караулы у перевалов – скоро в южных землях начнутся совместные экзамены и турниры шиноби, и уж тогда ни один самурай на свете не удержит ее в этих снегах!
Май незаметно перетек в жаркий, напоенный густым ароматом хвои и цветущего разнотравья июнь, а для одиннадцатой команды генинов время словно спрессовалось в единый, безостановочный поток будничных поручений.
Задания ранга «D» сменяли друг друга с неумолимой регулярностью: прополка аптекарских угодий на северных холмах, расчистка завалов бурелома вдоль старого купеческого тракта, починка черепичных крыш во вдовьем квартале после весенних ливней, перепись складских запасов провианта и бесконечная беготня с курьерскими свертками из одного конца Конохи в другой. Большинство вчерашних выпускников Академии к концу первого месяца такой рутины начинали откровенно выть от скуки и жаловаться на мозоли, однако Широ воспринимал этот монотонный марафон с внутренним удовлетворением.
Для него эти мирные недели под ярким летним солнцем были не просто способом заработать горсть рё или поставить очередную галочку в командном журнале у Ямато. Каждая такая вылазка позволяла ему без лишнего шума и риска притереться к своим сокомандникам, изучить их привычки, слабости и пределы выносливости до мельчайших деталей.