И никто за столом шиноби Конохи не обратил внимания на то, как в эту самую минуту на верхней каменной галерее улицы, проходившей в тридцати шагах над крышей их чайной, у резной балюстрады остановилась высокая, стройная девушка в алом меховом хаори с двумя длинными черными хвостами волос.
Сбежавшая из замка от отцовских нравоучений Тосиро Рин рассеянно скользнула взглядом сверху вниз по шумной толпе приезжих воинов у гостиничного двора, недовольно поморщила аккуратный носик при виде очередного плаката о турнире и зашагала дальше в сторону оружейных лавок – еще даже не подозревая, что всего в двадцати метрах под ее каблуками за угловым столиком чайной сейчас сидит и лепит грязь из железной руды тот самый человек, которому она клялась при встрече первым делом расквасить нос, а вторым – зацеловать до потери пульса!
(Прим автор – Интересный факт. Кишимото Масаси делал персонажа Мифуне по старому актеру самурайских фильмов, Мифуне Тосиро. Это и послужило мне дать здешнему Мифуне именно эту фамилию)
И арт Рин на засыпку
Внутренний двор постоялого двора, отведенного для посланников Конохи на верхнем ярусе столицы, был вымощен тесаным серым базальтом и со всех сторон закрыт от ветра высокими каменными галереями.
Устроившись на деревянной скамье под навесом у горячего геотермального желоба, пока остальные генины разбирали дорожные сумки в комнатах второго этажа, Широ положил на колено плоский кусок темного сланца и снова сосредоточил взгляд на своих раскрытых ладонях.
В правую кисть он направил тяжелый, вязкий поток стихии Земли, а в левую – прохладную, подвижную струю стихии Воды.
Там, у каньона в Конохе, Ямато-сенсей объяснил ему механику своего генома достаточно просто: Земля служит основой, Вода дает текучесть, и при одновременном слиянии этих двух природ рождается живое дерево. Исходя из этих слов наставника, Широ всю дорогу на север пытался решить задачу в лоб – как обычное парное совмещение двух базовых стихий. Он менял пропорции камня и влаги, пробовал закручивать потоки навстречу друг другу под разными углами и менял давление в точках тенкецу на ладонях, рассчитывая поймать ту самую грань, где минералы и вода сцепятся в древесное волокно.
Вот и сейчас он плавно свел обе кисти над каменной плиткой, заставляя плотный сгусток Дотона войти в прямой резонанс с вращающимся кольцом Суйтона.
Потоки соприкоснулись с тихим шорохом. На две секунды между его пальцами образовалась густая, однородная масса, но стоило ему попытаться вытянуть ее вверх в форме побега, как структура снова распалась: вода просто размыла каменную пыль, и на базальтовую плиту шлепнулась очередная лепешка мокрой бурой глины.