Я даже по лбу себя хлопнул — живот. Именно он болел в первый раз, когда на меня посмотрел Ирмер. И теперь, когда я расстался с частицей дара, опять заныло там. Интересно, как связана магическая сила с моим желудочно-кишечным трактом?
— Молодой господин такой же, как и старый, — пробурчало что-то рядом.
Я не сразу распознал голос. Все-таки соседушко не докучал нам своим появлением. А первым вообще никогда не заговаривал.
— Что значит такой же, Пал Палыч?
— Щедрый. Он тоже делился своей силой. Только все кончилось плохо.
— Ну да, — буркнул я, похолодев в горячей ванне. — Ирмер умер.
— Нет, не для господина. Для другого. С господином было все хорошо. Его дар был такой изначальным, с особенностью. А вот для ученика все вышло плохо.
— Что случилось? Этот ученик умер?
Ответом мне послужила тишина. Зараза. Сегодня же скажу Иллариону, чтобы ничего не оставлял на ночь. Называется «как заинтриговать дурака? Потом расскажу.»
К слову, может слуга что-то знает. Он же был несколько десятилетий с Ирмером. Надо порасспрашивать. С другой стороны, слова соседушки меня немного успокоили. Прошлый господин когда-то отдал часть своего дара. И после этого остался одним из самых могущественных чародеев Империи, магом первого ранга на минуточку. Значит, и у меня все может выгореть.
На этом я решил выбросить ненужные переживания из головы и заняться единственным, что оставалось. Ждать.
Глава 16
— Да не было у Его Светлости никаких учеников, — решительно заявил за ужином Илларион, отламывая ногу от жареного гуся. — Уж сколько я с ним был, так никого не видел. Он так и говорил, более, Илька, никаких учеников.
Слуга произнес это и замер, не донеся птицу до рта. Будто только что осознал сказанное.
— Значит, все-таки был кто-то, — взял я кусок пирог. — А сколько ты Ирмеру служил?
— Почитай, сорок три годка. Как один день пролетели. Он бывало прикрикнет так: «Илька! Неси кафтан скорее». А у самого глаза смеются. Не злобливый был. Больше так, для порядку. Нашего брата если баловать, он же на шею сядет. Эх, какого человек потеряли, пусть земля ему будет пухом. Вы, господин, и кулебяку берите. Она чудо как хороша.
— Я по этому поводу с тобой тоже поговорить хотел, — отодвинул я стакан с чаем. — Ты мне скажи, вот что у нас на столе?
— Да всего по чуть-чуть, — не понял моего вопроса Илларион. — Щи еще остались, птица опять же. Рекомендую. Ее хоть и застенцы поставляют, но владелец трактира сам отбирает. Студень вот вы зря не ели, он для растущего организма полезен. Сало опять же, буженинка, грузди соленые согласен, на любителя. Ну и по мелочи, пироги и пирожки, расстегаи, пирожных я уж брать не стал. Баловство это все.